Если бы только можно было найти какой-нибудь предлог, чтобы не пойти в церковь, то у меня было бы верных два часа, когда никто не мог бы побеспокоить меня.
Конечно, мне хотелось поехать с ними в церковь и занять там свое место на скамье — ведь я уже начинала любить эти старинные обычаи, и мне как раз не хватало того умиротворения, которое могло бы дать рождественское богослужение. Но… прежде всего, надо было подумать о том, как защитить моего ребенка. И я решилась на маленькую хитрость.
Когда все садились в экипаж, я вдруг остановилась, как вкопанная, и приложила руку к животу.
Рут резко спросила:
— В чем дело?
— Нет, ничего, кажется… Но я думаю, мне следует остаться дома. Доктор сказал, чтобы я была очень осторожна и не переутомлялась.
— Тогда я останусь с тобой, — сказала Рут. — Тебе надо немедленно лечь в постель.
— Нет, — настаивала я. — Мне поможет Мери-Джейн. Она в этом прекрасно разбирается.
— Но я чувствую, что мне надо остаться с тобой, — упорствовала Рут.
— Ну если ты так настаиваешь, тогда придется мне ехать.
Я просто не могу себе позволить, чтобы ты из-за меня пропустила рождественскую службу.
Она заколебалась, а потом сказала:
— Ну ладно, если тебе хочется остаться… А чем ты собираешься заниматься?
— Пойду в свою комнату и лягу… Мне так хочется, чтобы хоть остаток дня я чувствовала себя получше.
Она кивнула. Потом сказала конюху:
— Пойди и приведи ко мне Мери-Джейн… только быстро, а то мы все опоздаем в церковь!
Из дома выбежала Мери-Джейн.
— Миссис Рокуэлл чувствует себя неважно и не поедет с нами в церковь, — сказала она.
— Проводи ее в комнату и присмотри за ней, пока нас не будет.
— Хорошо, мадам.
Вот теперь Рут могла спокойно усаживаться в экипаж. Через несколько секунд они скрылись из вида, а мы с Мери-Джейн отправились наверх, в мою комнату.
Когда мы пришли туда, я сказала:
— Ну, Мери-Джейн, мы отправляемся на прогулку.
— Но, мадам, как же так?
Я знала, что мне придется рассказать Мери-Джейн еще о многих вещах. Когда она повстречалась с монахом, она поневоле стала участницей этих таинственных событий.
А то, что она пришла сразу ко мне и рассказала обо всем, что видела, да и потом сдержала обещание никому об этом не рассказывать, говорило о том, что она на моей стороне и ей можно доверять.
— Я чувствую себя хорошо, совсем хорошо, — сказала я. — И мне хотелось бы поехать в церковь вместе со всеми остальными, но у меня есть одно очень важное дело. Поэтому мы сейчас пойдем к монастырю.
