Хотелось отгородиться от того, что напоминало о прошлом; к тому же мы теперь жили не так далеко от того места, где она содержалась…»
Как жаль, что я ничего этого раньше не знала! Я бы смогла хоть как-нибудь утешить его.
Но прошлого не вернуть, а в этот тусклый декабрьский день я чувствовала огромное облегчение: мне больше ничего было бояться!
Теперь, обретя в себя веру, я могла как следует заняться поисками своего врага в доме. И я собиралась вложить в это столько сил, что не сомневалась в успехе.
Мой ребенок должен был появиться на свет ранней весной, и я не собиралась расставаться с ним ни на минуту.
К тому времени дядя Дик — нет, мой отец — хотя я никогда, кажется, не смогу называть его так, он всегда будет для меня дядей Диком — вернется домой.
Я буду охранять своего ребенка, со мной будет Саймон, и наши отношения будут развиваться именно так, как и полагается таким отношениям.
Да, в этот день я была счастлива!
Кажется, теперь судьба решила преподносить мне один подарок за другим. На следующий же день произошло событие, которое еще больше порадовало меня.
Весь предыдущий день я втайне лелеяла радостные новости, которые узнала из письма. Еду мне приносили прямо в комнату, и, хотя мне не терпелось помахать этим письмом перед носом Рут, Люка, сэра Мэтью и тети Сары, я решила подождать и оставить эту новость при себе. Сколько же сил мне придало это письмо! Мне больше не было страшно. Я даже была уверена, что если бы, проснувшись среди ночи, я увидела в ногах своей постели монаха — я бы ничуть не взволновалась.
Однако я по-прежнему была полна решимости узнать, кто же был этим монахом.
Осторожность не помешает, говорила я себе. Пока никто не должен ни о чем знать.
А Саймон? Следует ли рассказать Саймону и Хагар?
Дул резкий холодный ветер, и, подумав, я решила, что того гляди пойдет снег и в дороге я могу простудиться. Поэтому я осталась дома. Может быть, послать им письмо? Но могла ли я быть до конца уверена, что никто его не перехватит?
Ничего, новость подождет. А я тем временем продумаю свои следующие шаги.
После второго завтрака ко мне в большом волнении пришла Мери-Джейн.
— Наша Этти, мадам, — сказала она, — ей пришло время… за два дня до Рождества. Мы не думали, что это будет раньше нового года.
— Так ты хочешь сходить и проведать ее, Мери-Джейн?
— Ах да, мадам! Отец передал, что мама уже отправилась туда.
— Ну так вот, Мери-Джейн, отправляйся туда и ты. Узнаешь, как у нее идут дела. Может быть, там потребуется твоя помощь.
