Казалось, в этом доме время остановилось.
– Ну, здравствуй!
За столом, в странном кресле, сидел мужчина в деловом костюме.
Слишком старый и абсолютно седой.
Это не мог быть Медведь!
Мужчина что-то тронул на подлокотнике своего кресла, и оно выехало из-за стола. Он сидел в инвалидном кресле. Современном, управляемом при помощи джойстика, но инвалидном!
– Не узнала? Так тюрьма, даже с удобствами, никого, знаешь ли, не красит! – усмехнулся седой старик голосом Медведя и тронул свою коляску в сторону Юлии, застывшей статуей у двери.
– Что ж ты не идешь обниматься, а? Совсем не скучала? Не вспоминала меня, не хотела? Неужели даже во снах не хотела? А я вот хотел тебя. Вспоминал твое тело и ласки, – мужчина подъехал совсем близко. Протянул свою руку, коснулся ее ладони и неожиданно дернул Юлию на себя. В следующую секунду она уже сидела на его коленях, а его губы жадно впивались в ее.
Юлия прикрыла глаза – так было легче, так не видишь, что сидишь пусть и на коленях, но в инвалидном кресле. От Медведя привычно пахло дорогим парфюмом.
Не было запаха болезни, как можно было бы ожидать, видя старого человека, да еще сидящего в инвалидном кресле. Целовался он так же: сильно, властно, жадно. Через несколько секунд Юлии стало неудобно сидеть на его коленях, она поняла, что мужчина возбужден.
– Девочка моя! Как же я ждал этой встречи! Ты снилась мне ночами. Возьми его в рот, девочка! – не приказал, как бывало раньше. Нет. Попросил! Даже сам расстегнул пуговицу на брюках.
И этот его тон тоже был в новинку.
Раньше Медведь не просил.
Юлия открыла глаза и уперлась взглядом в глаза мужчины. Вот взгляд его не постарел. О нет! Он сейчас был таким же, каким бывал всегда, когда этот мужчина хотел ее. Голубые глаза становились из почти бесцветных, пугающих своим бледным цветом, яркими, зрачок расширялся. Только у этого мужчины были такие глаза. Только они так меняли свой цвет от его настроения. И она, не разрывая зрительного контакта, послушно сползла с его колен, глядя ему в глаза, потянула молнию на его брюках, расстегивая, выпуская на волю его зверя.
Мужчина тяжело задышал, даже двинул в нетерпении бедрами в ее сторону. И вот здесь, в районе паха, она и почувствовала запах больницы. Кажется, под рубашкой даже мелькнул кусочек пластыря на животе. Не позволяя себе сейчас отвлекаться на это, Юлия перевела глаза на зверя. О! Вот он тоже не изменился! Сейчас стоял перед ней во всей своей красе, подрагивая, на головке уже даже блестела первая капля смазки.
