И поверь, тогда ты сядешь, и на долго! И не только за то, что, не дай Бог, Ульяне навредишь, но и за то, что запонки мои украла. Услышала меня? Кивни, если да! – Лариса послушно кивнула. – О матери своей подумай! Брат в больнице, ты в тюрьме, как думаешь, долго она после этого проживет? Правильно! Даже до суда не доживет! И кто ее будет хоронить? Соседи? Как думаешь, как быстро они обнаружат, что она умерла? Хотя, при такой жаре быстро. Лариса! Услышь меня и поверь, я рассказал, как было на самом деле! Уж мне-то врать тебе совсем резона нет.
– Следил за ней, да? – усмехнулась Лариса. – И чем же она вас, и тебя, и Димку, так зацепила? Сиськами своими необъятными? Телом своим рыхлым и конопатым?
– Дура ты, Лариса! Как есть дура! Вы с ней столько лет дружите, а ты и не поняла, какая она, не разглядела! Впрочем, люди склонны всех мерить по себе! – Влад смотрел на нее снисходительно. Посверлил взглядом, потом кивнул на телефон в ее руке:
– Теперь звони и молись, чтобы твой скупщик не продал мои запонки! Молись, как молишься о Димкином выздоровлении! Своему скупщику скажешь, что меня просто интересуют запонки из белого золота и желательно с бриллиантом.
Не надо ему знать, что меня интересуют одни конкретные запонки, пусть он несколько пар принесет. Поняла?
Девушка кивнула и набрала номер. Видимо, молитвы Ларисы были услышаны, потому что скупщик не продал запонки Влада. Встречу он назначил в парке, в укромном месте и уже через 30 минут.
– Запонки шикарные! Гениальная простота. Ничего лишнего, если бы еще не эта буква «Р».
Только поэтому они еще у меня, молодой человек, только поэтому! И только поэтому я готов продать их Вам за смешную цену!"
"Дедок расхваливал запонки, как заправский торгаш свой товар на рынке. Знал бы он, что разливается соловьем перед бывшем владельцем, наверняка цену бы удвоил. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, раз уж сам владелец пришел за ними, значит, они ему дороги, а это значит, что он готов заплатить за них любые деньги.
Впрочем, с ценой этот, безобидный с виду, одуванчик все равно не угадал, назвав ровно ее половину.
Влад, конечно же, делал их оценку у специалиста и знал их истинную цену. Именно там он и узнал, что запонки были работы очень известного ювелира. На обратной стороне, той, что ближе к ткани рубашки, имелось его клеймо. Видно, этот одуванчик не узнал клейма мастера, а, может, и не знал вовсе, кому оно принадлежит. Ювелирный дом был не самым известным, к тому же, уже давно не существующим.
