Я не тот, за кого себя выдаю, – увидев, как шевельнулись брови девушки, Влад продолжил:
– Нет, я Влад Рейнберг, тут все верно. Мое полное имя Владлен. Я действительно сын единственной подруги Карины – здесь тоже все верно. Но, во-первых, я не гей, Дмитрий прав. Во-вторых, я видел, как вы сегодня занимались с ним сексом. И, наконец, в-третьих, я встречался с твоей начальницей Юлией. Это я присылал ей цветы, и именно с ней и с Никитой мы должны были приехать отдыхать к давней подруге моей матери. Не приехали и уже никогда и никуда вместе не приедем! – Ульяна испуганно сейчас на него смотрела.
Вот что за невозможная женщина, а?
– Она жива, здорова, не переживай! – Влад усмехнулся, правильно считав ее испуг за свою начальницу, – мы с ней всего лишь расстались. Как оказалось, мы не подходим с ней друг другу. Секс – это все, что нас связывало. Юлия не хочет иметь детей. Ни своих, ни чужих. Никита ей чужой, его она тоже не примет. А я, во-первых, не готов отказаться от этого мальчика, он и так много в жизни видел предательства, а, во-вторых, я не понимаю, зачем жить дальше, если не рожать детей! Мы встречались с Юлией не один месяц, и это целиком и полностью моя вина, что я не увидел и не понял этого про нас с ней раньше!
Влад помолчал и продолжил:
– Хочу предупредить тебя на будущее: потом, когда у нас случится секс, а он обязательно случится, я буду против того, чтобы ты принимала такую вот таблетку без моего ведома.
Почему-то мне кажется, что Дмитрия ты не поставила об этом в известность.
Я прав?
Ульяна поняла, что покраснела, щеки пылали. Мало того, что Влад все видел, так он тут еще и стыдит ее.
– Я старше, опытнее, а значит, могу и должна сама принимать такие решения! Димке в армию идти, зачем ему женщина с двумя детьми? – голос девушки, не смотря на пылающие щеки, звучал твердо, – за то, что случилось у нас с ним на пляже, я не собираюсь извиняться. Точно не перед тобой!
– Разве я сказал, что ты должна извиняться? – удивился Влад. – Это я перед тобой извиняюсь, что умудрился завраться везде, где только можно.
Обычно я так себя не веду. Не вру сам и не люблю, когда врут мне. Не вижу смысла. Потом все равно все всплывет, а время уже упущено, доверие потеряно и о любви уже речи не может идти. Когда любят, то не врут друг другу, верно? Такая моя позиция.
– Зачем? – Ульяна задала один вопрос и смотрела внимательно.
Влад опустился рядом с девушкой на скамью, но глаз не отводил, смотрел в глаза, не юлил.
