На следующее утро все «мужики», как их называет мама, уходят на пустырь неподалёку и начинают запускать свой «самолётик», а я собираю вещи Матвея, свои и Алекса заодно. Захожу в гостевую проверить, не осталось ли там чего-то, и через пару минут туда же приходит Алексей.
– Что ты делаешь? – обнимает меня и прижимается губами за ушком.
– Собираюсь, – я разворачиваюсь в его объятиях. – А где Матвей?
– С твоим отцом, планер складывают, – отвечает он и зарывается носом мне в волосы. – Ужас, мы здесь вместе три дня, и только сейчас я могу тебя обнять, – проводит губами по моей шее, и я ёжусь.
– Сил нет, как хочу остаться с тобой наедине, чтоб никого поблизости…
– Теперь это будет немного проблематично, – отодвигаюсь от него, смотрю серьёзно. – Матвей ведь никуда не денется.
– Я понимаю, ангел мой, – мужчина кивает. – Только не думай, что он мне хоть сколько-то мешает. Наоборот!
– Я и не думала, – улыбаюсь.
– Честно говоря, я хотел бы, чтобы мы жили все вместе, – говорит вдруг Алекс. – Понимаю, ты опять скажешь, что я тороплю события, но…
– Не скажу, – перебиваю его.
– Не… скажешь? – теряется он."
"– Нет, не скажу, – опять улыбаюсь. – Я считаю, что мы вполне можем обсудить этот вариа…
Договорить мне не дают, целуют так, что колени подгибаются.
– Я тебя люблю, – шепчет Алекс, оторвавшись от моих губ, и, отпустив меня, отходит подальше. – Лучше я пойду. А то не выдержу. Собирайся.
После обеда мы укладываем вещи в багажник, немного спорим с Алексеем на тему того, что он укрепил детское кресло посередине заднего сиденья машины.
– Я всё прочитал, – хмурится Алекс. – Это самое безопасное место для ребёнка в машине!
– Ну ладно, – решаю не препираться, тем более что к нам подходят попрощаться родители.
Обнимаю их, папа протягивает руку Алексу. Разительный контраст с тем, как его встретили. До полного доверия, конечно, ещё далеко, но первые шаги сделаны удачно.
На дороге довольно спокойно, и мы уже проезжаем большую часть пути, когда происходит это…
Из-за поворота на встречку вылетает внедорожник и несётся прямо на нас.
Алексей резко выворачивает руль, но удара избежать не удаётся.
– Мамочка? – первое, что я слышу после жуткого хлопка, с которым раскрылась подушка безопасности – испуганный голос сына.
– Матвей? Маруся? – хриплый голос рядом. Алекс.
– Матвей! Матвей, как ты, милый?! Где-нибудь болит? – давлю руками на сдувающуюся подушку, морщусь – мне здорово прилетело в грудь, отстёгиваю ремень, разворачиваюсь к сыну.
