Огляделась вокруг, будто удивившись, как она сюда попала.
– Ты будешь ужинать, Алекс?
Он покачал головой.
– Все ясно, – заявила она определенным голосом, и тут он вдруг посмотрел на нее.
И улыбнулся.
– Ну и слава богу. Я рад, что тебе… все ясно.
Она швырнула полотенце в раковину и стремительно вышла из кухни.
Он еще посидел, потом медленно, как старик, поднялся, раскопал на полке какое-то пойло, хлебнул и вытаращил глаза.
Предполагалось, что пойло – некая водочная настойка, а оказалось, сироп от кашля.
Даже выпить с горя у него не получилось, куда там!..
Ты никто. Ты ничего не можешь.
Змеи терзали и рвали его изнутри, и он знал, что за дело!..
Дело. Дело.
У меня же есть дело, и пока я не доведу его до конца, я не дам им себя сожрать. Пока не дам, а там посмотрим. Сейчас самое главное не думать, не разрешать себе, не отпускать себя! Делать хоть что-то.
Сверяясь с цифрами в записной книжке, выуженной из мусорного ведра, Алекс набрал номер.
В трубке пискляво прогудело.
Он вытащил из раковины полотенце и вытер потную ладонь. Прогудело еще, и, переложив телефон, он вытер вторую. От рук сразу же запахло луком.
– Алло, да! – нетерпеливо сказал в трубке Владимир Береговой. Почему-то Алекс был к этому не готов.
– Здравствуйте, моя фамилия Шан-Гирей.
– Вы кто?!
Алекс стиснул зубы.
– Я новый сотрудник вашего издательства, и мне нужно с вами…
– Я больше не работаю в издательстве! И вас я не знаю.
– Тем не менее мне хотелось бы поговорить.
– О чем?! О Митрофановой?! – Береговой завелся с полоборота. – Это она вам велела со мной… побеседовать?!
– Владимир, меня никто ни о чем не просил. Давайте договоримся…
– Я не желаю договариваться с Митрофановой! – заорал Береговой. – Это она во всем виновата! И я это докажу! Она врет! Она только врет и гадит! Она… она сука, ясно вам?! Так ей и передайте! Я ее ненавижу! И если я… если я ее встречу, убью!.. К чертовой матери!..
Короткие гудки, и Алекс аккуратно положил опустевшую трубку на край стола.
…«Я убью ее, если увижу!»
Дурак, мальчишка, что ты знаешь о ненависти?! Которая пожирает изнутри, которая с тобой, даже когда ты спишь, ежесекундно готова к атаке?..
Алекс постоял, раздумывая, – ни звука не доносилось из глубины квартиры, – сунул ноги в мокрые ботинки, прихватил куртку и тихо прикрыл за собой дверь.
Он знал, что, когда вернется, в его доме никого не будет.
Он останется один. Как всегда.
