По-приятельски поболтала с ними, рассказывала школьные байки, улыбалась и явно была всем довольна.
В разгар вечера Руфа пошла в туалет, который у Добровых был совмещенным. Девочка влетела в ванную и увидела Любу, которая причесывалась у зеркала.
– Тебе пописать? – весело спросила та. – Уже ухожу.
Руфа посторонилась, чтобы дать Любочке прошествовать к двери. А та схватила с полочки бутылочку с фиолетовыми чернилами, с помощью которых бабушка Вани придавала своим седым волосам изысканный светло-сиреневый оттенок, и выплеснула содержимое на светло-розовое платье Руфины.
Файфман вскрикнула.
– С ума сбрендила? Дура!
Люба довольно рассмеялась:
– Это тебе за вишневый компот.
Руфина обомлела, потом, решив, что ослышалась, переспросила:
– За вишневый компот?
Доброва кивнула:
– Не забыла, как шесть лет назад опозорила меня перед всеми? Выставила посмешищем? Лишила меня единственного парадного платья? Все возвращается. Око за око!
– Нам было по девять лет, – прошептала Руфина, – мало ли какие глупости дети совершают.
Ты помнила про компот все эти годы? Из-за него не ходила к тете Ане?
Казакова не стала спорить:
– Кому захочется возвращаться туда, где его обсмеяли! Из-за тебя мне приходилось сидеть дома одной, когда мама к Добровым убегала. И вот сегодня я тебе отомстила! Поймешь, что испытывает человек, над которым все ржут!
– Над тобой не смеялись! – залепетала Руфа. – Наоборот, жалели!
– Ненавижу жалость, – топнула ногой Люба. – Она унижает!
– Прости меня, – попросила Руфа. – Я совсем забыла о той глупой проделке.
И предположить не могла, что ты так переживаешь!
– А я не забыла, – объявила Люба, – и все отлично рассчитала. У Анны Егоровны юбилей. Сегодня гостей впятеро больше, чем на обычной вечеринке! Все в сборе. Ступай в гостиную в чернилах! Я всегда запоминала своих обидчиков и им мстила, мщу и буду мстить! Мне ничего не будет! Если ты расскажешь правду, я скажу, что не заходила в ванную! Ты опрокинула чернила сама, испугалась, что заругают, и решила на меня вину свалить. Всем известно, как ты ко мне плохо относишься.
Ну, счастливо повеселиться.
Люба повернулась и убежала, а Руфина осталась в ванной с отвисшей челюстью.
Глава 25"
"Понимаете теперь, почему Файфман не пришла в восторг, узрев в аудитории Любу? Когда до Руфины дошло, что стройная блондинка за первым столом – та самая Казакова, она твердо решила сразу после окончания семинара пойти в учебную часть и попросить перевести ее в другую группу. Но осуществить задуманное не успела.
