ну, ничего, это дело поправимое! — улыбнулся он воодушевленно.
Вообще-то я сомневалась, что мы можем с ней «помириться», но возражать не стала. Зря. По мнению Яриса оказалось, что лучший способ наладить отношения между преподавателем и студентом — это устроить экзамен.
— Во время экзамена все встанет на свои места, она увидит ваши знания, и все поймет, — говорил он воодушевленно.
Я сомневалась, но поддалась на уговоры. К счастью, Ярис сообразил не оставлять нас наедине. Кроме него в аудитории присутствовали преподаватели по математике и истории.
То есть, хоть он и затирал наивные речи, что все станет понятно и все образуется, однако решил перестраховаться, чтобы меня нарочно не завалили. Условно можно было сказать, что экзаменационная комиссия разделась на два лагеря: историк и литераторша были против меня, а вот математик и Ярис — за.
Экзамен шел тяжело. В отличии от земной практики с экзаменационными листами, здесь преподаватель был свободен задавать любые вопросы по пройденному материалу, ограничен он был только временем.
Литераторша скакала по разным произведениям местной классики, пытаясь поймать меня на незнании. Честно говоря, я не читала и половины, но знаний уже нахваталась по верхам и могла поддержать разговор. К счастью, глубоко она не погружалась, а быстро меняла тему. Даже когда я совсем не знала произведение, начинала просто рассуждать вслух общетеоретически и тянуть время.
— А как на счет Сказания о зажжении Огненных гор? — в очередной раз сменила тему госпожа Велекла.
— Время вышло, — к моему счастью, прервал ее математик. — Думаю, экзамен вполне может быть зачтен. Похвальное стремление к знаниям, госпожа Бороув, особенно учитывая ваше иностранное происхождение.
— Но... — попыталась возразить госпожа Велекла.
— Мне кажется, на обычных экзаменах вы ограничиваетесь простым двадцатиминутным опросом, а прошел уже целый час. Я, конечно, не могу судить, но, на мой взгляд, для первокурсницы вполне приемлемый уровень знаний, не так ли?
Под испытующим взглядом Яриса литераторша густо покраснела:
— Госпожа Бороув не посещала лекции, поэтому мне потребовалось больше времени.
— Но теперь-то все очевидно, — кивнул Ярис.
Пришлось ей все же подписать мне зачет.
— Кстати, а что там за сказание о сожжении гор? — поинтересовалась, когда математик оставил нас с Ярисом наедине.
Он рассмеялся:
— Так и знал, что вы не читали. Не о «сожжении», а о «зажжении». Впрочем, это произведение вообще-то вне вашей программы.
