— Ну, значит, смотри! — резко сказал он, повернул ко мне ноутбук и запустил видео, а сам отошел и молча отвернулся к окну.
А дальше на меня как будто обрушилась каменная плита, когда я увидела на экране, что происходило в клубе. Как меня четверо человек во главе в Марком тащили в вип-комнату, как кинули на диван, как задирали и рвали на мне платье, лапали грудь, бедра и все тело, а я лежала и не сопротивлялась, как кукла. Как стояли вокруг меня с членами наизготовку, пока сволочной Марк раздвигал мне ноги и готовился изнасиловать меня, и слышала все, что они говорили и что мне готовили.
А потом — как в комнату ворвался огромный мощный мужчина и расшвырял их всех как котят, круша все вокруг их же телами, сгреб меня в охапку, укрыв покрывалом, и вынес из комнаты.
Только когда видео закончилось, я поняла, что сижу и плачу, а меня всю трясет.
— Как такое могло произойти?! — я еле выговаривала слова трясущимися губами. Мне чуть не устроили групповое изнасилование четверо подонков! Я ведь еще даже не знала мужчину, целовалась-то только пару раз, до серьезного не доходило.
— Тебе подсыпали наркотик, — голос отца был глухим и безжизненным. Я думала, он сейчас начнет отчитывать меня, но он молчал, и от этого молчания было еще тяжелее.
— А кто меня спас?
— А за это мы должны благодарить айханов. Глава охраны их посольства знает тебя в лицо и заметил, как тебя в невменяемом состоянии уводила толпа парней. Это он их раскидал и забрал тебя.
— Папочка… — я ревела белугой, размазывая слезы по лицу.
Меня всю жизнь любили, я была папиной дочкой, плохого в жизни не знала, а тут такое!
Наконец отец оторвался от окна, подошел ко мне и обнял меня, а я уткнулась ему в живот, всхлипывая и дрожа.
— Успокойся, хорошо, что все так закончилось, — он гладил меня по голове как в детстве, когда я прибегала к нему, чтобы он пожалел меня. — Но это, к сожалению, еще не все.
— Боже, что еще могло случиться? — простонала я.
Отец сел на стул напротив меня, печально глядя мне в глаза.
— Они спасли тебя, за мной теперь долг жизни перед айханами, а для них долг жизни — это святое.
И мне придется выполнить их требования, иначе они разорвут все дипломатические и торговые связи с нами. Они не уважают тех, кто уклоняется от подобного долга.
— И что они хотят? — что-то мне это совсем не нравится.
— Они хотят заключить политический брак для укрепления межпланетных связей, их Правитель на этом настаивает, — он помолчал немного, тяжело вздохнул и продолжил.
