Сайлас, сидя на соседнем сидении флаера, опасливо поглядывал то на меня, то на дорогу, но благоразумно удерживался от комментариев.
Летя на бешено скорости, мы добрались до дома в считанные минуты. Затащив жену в свой кабинет, я прямиком отправился к бару. Что-что, а выпить мне сейчас крайне необходимо.
Как же меня бесила вся эта ситуация! Навязанная жена, Правитель с его приказом, которым он отнял у нас будущее, то, как наша жена быстренько сориентировалась и прихватила еще двоих мужей… Я был в бешенстве, и напротив, в кресле, все так же молча и показательно покорно сидела причина всех моих сегодняшних бед, что я и не преминул ей высказать.
— Не спеши с выводами, дружище, возможно, эта женщина такая же жертва обстоятельств, как и мы с тобой, — почему-то встал на ее защиту Сайлас.
— Можно подумать, ее силком тянули под венец! — я махнул рукой в сторону жены. — Она же спит и видит, как бы побольше влиятельных мужей прибрать к рукам, хотя полноценной семьи дать им не сможет! Лицемерка! Да вы посмотрите на нее! Строит из себя тихоню, а сама радуется, что заарканила столько мужчин, сколько не у всех айханок бывает! Стоило только отойти, она еще двоих мужей отыскала! И даже лицо нам до сих пор не показала, наверно, там и смотреть не на что!
Все, что дальше произошло, я сначала не воспринимал как реальность.
Наша жена вдруг молча вскочила с кресла и залепила мне пощечину. А дальше… Я сам не понял, как это произошло. В момент, когда она занесла руку для удара, у меня сработал рефлекс — на автомате я отмахнулся в ответ потоком силы, даже не касаясь ее, а из-за состояния, в котором сейчас пребывал, не рассчитал его, и от вырвавшегося потока энергии жена как тряпичная кукла отлетела к стене, впечатываясь спиной в стеллаж.
Пощечина разозлила меня еще больше. Да как она посмела! Какая-то убогая землянка смеет бить по лицу высокородного айхана! Да она еще большая идиотка! Нападать на мужчину, который в два раза больше нее! Чего она ожидала в ответ? Вот и получилось что получилось!
Жена тихонько сползла по стене на пол, а я навис над ней, так и хотелось схватить ее за шкирку как котенка и встряхнуть, чтобы не смела больше так делать.
— Вставай, не притворяйся! — рыкнул я на эту лицемерку.
— Убирайся! Ненавижу вас! — крикнула она дрожащим голосом.
— Так уж и ненавидишь? — зло хохотнул я. — Да ты бежала к алтарю быстрее всех!
— Мне не оставили выбора, так же как и вам! — прохрипела она. А потом вдруг обмякла и перестала двигаться.
