Это был не тот поцелуй, который возникает, благодаря тому, что кто-то из них поддался страсти, или возбуждению, или гневу, или желанию. Это был медленный поцелуй, поцелуй изучения и исследования - как для Пенелопы, так и для Колина.
И он узнавал, что все, что до этого он знал о поцелуях, было ерунда.
Все остальное до этого, было непонятными прикосновениями губ, и могло быть выражено ничего не значащими бессмысленными словами.
Это же был Поцелуй.
Что- то было еще в их прикосновении, отчего он мог слышать и чувствовать ее дыхание в одно и тоже время.
Что-то, что позволяло ей стоят перед ним, и в то же время, он мог чувствовать удары ее сердца через ее кожу.
Было что- то необычное в том факте, что он знал, это ее дыхание, это удары ее сердца.
Колин передвинул губы немного левее, до тех пор, пока он не прижался губами к уголку ее рта, нежно щекоча место, где соединялись ее губы, его язык опустился и обследовал контуры ее рта, впитывая сладковато-соленный вкус ее сущности.
Это был больше, чем поцелуй.
Его руки, находившиеся на ее спине, нажимали на нее, ласкали ткань ее платья. Он мог чувствовать жар под кончиками его пальцев, просачивавшийся сквозь муслин, рождавшийся в мускулах ее спины.
Он тянул ее к себе, тянул все ближе, ближе, пока их тела не были вжаты одно в другое. Он мог чувствовать ее по всей длине, и это еще больше распаляло его.
Он наливался силой, и он хотел ее - Боже, как он хотел ее.
Его рот становился все более настойчивым, и его язык бросился вперед, подталкивая ее, до тех пор, пока ее губы не раскрылись. Он проглотил, сорвавшийся с ее губ мягкий стон согласия, затем проник дальше, чтобы попробовать ее. Она была сладкой, и немного кисловатой из-за лимонада, и она также опьяняла, как отличный бренди, и Колин начал сомневаться в своей способности остаться на ногах.
Он перемещал руки по ее телу, медленно, чтобы не пугать ее.
Она была мягкая, соблазнительная, и пышная, именно там, где и должна быть пышной, по его мнению, женщина. Ее бедра были изумительны, низ совершенным, а ее груди…Боже, ее груди буквально со всей силой прижимались к его телу."
"Его ладони испытывали сильный зуд, накрыть их, и он вынудил руки оставаться там, где они были (скорее наслаждающимися на ее спине, так что это была не особо большая жертва от них).
