Я предполагала, я думала, что ты мог бы меня взять куда-нибудь, туда, где тебе больше всего понравилось. Может быть, в Грецию. Или в Италию. Я всегда хотела увидеть Италию.
– Тебе бы она понравилась, - встревожено пробормотал он, его внимание было больше частью сосредоточено на яйцах, он решал, сколько же ему их следует съесть. - Особенно, Венеция.
– Тогда почему ты не берешь меня туда?
– Я возьму, - проговорил он, отрезая кусочек бекона, и отправляя его в рот.
– Только почему-то не прямо сейчас.
Пенелопа облизнула капельку джема, оставшуюся на кусочке ее сдобы, и попыталась не выглядеть столь удрученно.
– Если ты хочешь знать, - сказала Колин со вздохом, - Причина, по которой, я не могу отправиться с тобой в свадебное путешествие это… - он посмотрел на открытую дверь, его губы раздражительно сжались, - Я не могу говорить здесь об этом.
Глаза Пенелопы широко открылись.
– Ты имеешь в виду… - она нарисовала большую букву “У” на скатерти.
– Совершенно точно.
Она удивленно уставилась на него, пораженная тем, что он сам поднял эту тему, и даже больше - он, казалось, не выглядел ужасно расстроенным из-за этого.
– Но почему? - в конце концов, спросила она.
– Если тайна выйдет наружу, - уклончиво сказал он, словно все их слуги только и делали, что подслушивали, - Я должен быть в городе, чтобы контролировать нанесенный ущерб.
Пенелопа покачнулась на стуле. Упоминание об ущербе совсем не было приятным. Это было то, что он только что сделал. Ну, хорошо, косвенно, по крайней мере.
Она уставилась на свою сдобу, пытаясь решить, хочется ли ей все еще есть.
Есть ей совсем не хотелось. Но, тем не менее, она все же съела.
Глава 20
Несколько дней спустя, Пенелопа вернулась после похода за покупками, который она совершила вместе с Элоизой, Гиацинтой, Фелицией, и обнаружила своего мужа сидящим за своим письменным столом в его кабинете.
Он что- то читал, причем нехарактерно для себя ссутулившись, словно он внимательно изучал какой-то неизвестный ему документ или книгу.
– Колин?
Он вздрогнул. Он должно быть не слышал ее прихода, что было довольно удивительно и странно, поскольку она не предпринимала никаких усилий, чтобы тише идти.
– Пенелопа, - проговорил он, поднимаясь на ноги, так как она вошла в комнату. - Как прошел твой э-э, независимо от того, что это все-таки было?
– Поход за покупками, - произнесла она с немного удивленной улыбкой, - Я ходила за покупками.
– Точно.
