– Я знаю, - сказала она, ее голос был так печален, что его рука снова опустилась на ее колено, и он почти забыл свое решение отодвинуться от нее.
Он думал энергично и быстро. Возможно, он сможет сейчас заняться с ней любовью, и никто в это время не войдет к ним. В его текущем состоянии, так или иначе, это будет смущающее быстрой попыткой.
– Когда же свадьба? - почти прорычал он.
– Через месяц.
– Почему бы, не пожениться через две недели?
Она раздумывала мгновение.
– Взятка или шантаж.
А, скорее всего и то, и другое. Наших матерей будет не так-то просто уговорить.
Он застонал, на одно восхитительное мгновение, прижавшись к ней бедрами, затем решительно поднялся. Он не мог взять ее сейчас. Она станет его женой. Было еще множество времени для недозволенного кувыркания на диванах, но, по крайней мере, ее первый раз, должен произойти в их постели.
– Колин? - спросила она, поправляя свою одежду, и приглаживая волосы, даже при том, что не было никакого способа привести их в подобающий вид без расчески, зеркала, и возможно, даже горничной.
– Что-то не так? - она посмотрела на него.
– Я хочу тебя, - прошептал он.
Она пораженно уставилась на него.
– Я просто хочу, чтобы ты знала это, - проговорил он, - Я не хотел бы, чтобы ты могла подумать, будто я остановился потому, что ты не привлекаешь меня или потому что не сказала “пожалуйста”.
– Ох, - она выглядела так, словно что-то хотела сказать, она казалась, невероятно счастливой после его слов.
- Спасибо, за эти слова.
Он взял ее за руку и дружески сжал ее.
– Я выгляжу в полном беспорядке? - спросила она его.
Он кивнул.
– Но ты - мой беспорядок, - прошептал он.
И он был невероятно рад этому.
Глава 16"
"Колину нравилось ходить пешком, и фактически, он довольно часто ходил пешком, чтобы проветрить мозги. Поэтому не было ничего удивительного в том, что весь последующий день он ходил по Блюмсбари… Фитзровии…Мэрилибон и по некоторым другим соседним районам Лондона.
Он бродил так до тех пор, пока не осознал, что стоит в центре Мэйфер, на Гросвенорской площади, прямо перед Гастингс-Хаусом, городским домом Герцогов Гастингских, последний из которых был женат на его сестре Дафне.
Они всегда разговаривали, разговаривали по душам, а не просто болтали, как это было с остальной семьей.
