- Первый шабаш так и не нашел Инструменты Мастера, - заговорила Лорел. - Они искали, потому что Черный Джон оставил кое-какие подсказки об их местонахождении, но все поиски оканчивались неудачей. Тогда они создали новые Инструменты, но те оказались не такими могущественными.
- А теперь у нас в руках один из Инструментов Мастера, - сказал Адам; его серо-голубые глаза светились волнением.
Диана легонько коснулась его руки, той, что держала череп. Златовласка улыбнулась своему рыцарю, и перевода не требовалось: она разделяла его гордость и триумф.
Это был их совместный проект, над которым они трудились многие годы и который наконец-то принес плоды.
Сердце пронзила такая острая боль, что Кэсси пришлось стиснуть зубы.
«Они заслужили право побыть наедине друг с другом», - подумала она.
Надломленным и натужно веселым голосом она произнесла:
- Знаете, я устала. Думаю, пора уже…
- Конечно, - сказала Диана, тут же забеспокоившись, - ты, должно быть, валишься с ног. Да все мы устали. Давайте обсудим остальное на завтрашнем собрании.
Кэсси кивнула, и никто больше не возражал. Даже Фэй. Но пока Диана передавала новоявленную ведьму на поруки Мелани и Лорел и просила их проводить ее до дома, героиня случайно встретилась взглядом с Фэй. В золотых глазах черноволосой бестии читалась странная, расчетливая мысль. В обычных обстоятельствах это насторожило бы Кэсси, но в данный момент ей было все равно."
"Несмотря на то, что первые проблески зари еще не раскрасили небо над океаном, в доме ослепительно горели все лампы.
Девушки вошли вместе с Кэсси и обнаружили, что мама с бабушкой сидят в чопорной старомодной гостиной передней части дома. Они были в ночных сорочках и халатах, с неприбранными волосами.
По их лицам Кэсси сразу же поняла, что они знают.
«Так вот для чего они меня сюда привезли? - подумала девушка. - Чтоб я стала частью Круга?»
Ни малейшего сомнения не оставалось: она оказалась здесь специально для этого.
Но голоса молчали - даже самые глубинные голоса - и это беспокоило.
Она отбросила ненужные треволнения - не сейчас. Кэсси посмотрела на лицо своей матери: осунувшееся и встревоженное, оно было исполнено скрытой гордости и надежды. Как если бы она сидела на олимпийском стадионе и смотрела, как ее дочь только что прыгнула с трамплина, сидела и с замиранием сердца ждала решения судей. Бабушка выглядела аналогичным образом.
Внезапно, несмотря на саднящую боль в сердце, Кэсси почувствовала, как она их любит, как хочет их защитить.
