Да, она всем своим естеством ощутила, что это то, что доктор прописал. Настоящее заклинание… но осмелится ли она им воспользоваться?
«Да. Ради него я рискну всем».
Она уставилась на свои пальцы, рассеянно перебирающие песок.
«Завтра, - решила девушка. - Я сделаю это завтра. А потом каждую минуту каждого божьего дня я буду сидеть, надеяться и высматривать, ждать, пока не увижу тень, не подниму голову и не пойму, что это он, или пока не услышу шаги, не обернусь и не увижу, что это он идет мне навстречу. Или пока не…»
А дальше произошло такое, отчего Кэсси чуть не закричала: ей в руку уткнулся мокрый нос.
Она не вскрикнула лишь потому, что у нее практически остановилось сердце. Когда вопль уже подступил к горлу, она увидела собаку, и все смешалось: ее отдернутая рука безвольно опустилась, а губы беззвучно раскрылись и сомкнулись. Как в тумане, глядела девушка на карие глаза и короткую, шелковистую шерстку на морде. А пес смотрел на нее, открыв смеющуюся пасть, будто бы спрашивая: «Разве ты не рада меня видеть?»
Затем Кэсси подняла глаза и взглянула на хозяина собаки.
Он смотрел на нее сверху вниз, как тогда - на пляже Кейп-Кода. Лунный свет застрял в его рыжих волосах, превращая некоторые прядки в языки пламени, а другие - в лужицы красного вина; его серо-голубые глаза лучились серебром.
Он нашел ее. Все вокруг застыло: рев океана стих и отдалился, унялся даже легкий ветерок. Звуки замерли; казалось, замер весь мир - в ожидании.
Медленно Кэсси поднялась на ноги. Зеленая шаль упала на песок.
Если девушка и чувствовала холод, то только потому, что слишком остро ощущала все свое тело, взбудораженное и покалывающее сотнями маленьких иголочек. Она чувствовала тело и в то же время отделилась от него. Так же, как тогда, на пляже Кейп-Кода, Кэсси видела сверху, как он и она стоят друг напротив друга.
Она видела себя - в тонкой белой сорочке с босыми ногами, видела свободно ниспадающие на плечи волосы, видела, каким взглядом она смотрит на него.
«Прямо, как Клара, в балете «Щелкунчик», - подумала Кэсси, - когда она просыпается среди ночи и смотрит на Принца Щелкунчика, пришедшего, чтобы забрать ее в свой волшебный мир».
Она чувствовала себя совершенно как Клара, ей казалось, что лунный свет преобразил ее в изящную, прекрасную заколдованную принцессу; ей казалось, что сейчас ее принц возьмет ее на руки и будет танцевать с ней; ей казалось, что лунный их танец будет длиться целую вечность.
Они смотрели друг на друга и не могли оторваться.
