У тебя всегда должны быть важные номера, чтобы знать к кому обратиться за помощью.
— Вы можете ответить, — доктор спокойно улыбается мне, когда я во второй раз сбрасываю звонок.
— Ничего страшного, подождут.
Надеюсь Людмила не обидится. Хотя в глубине души мне плевать.
— Надумали, что делать с ребенком будем? — женщина стучит шариковой ручкой по плотной бумаге, отбивая ритм, — Оставляем или…
— А есть еще время подумать?
— Дарин, если не уверена, не рискуй, — ее переход на “ты” меня вовсе не смущает, — Потому что самая худшая мать — эта та, которая не ждет свое чадо.
— Я понимаю, просто из-за семейных обстоятельств я не до конца могу разобраться в своих чувствах к ребенку. Мы с мужем развелись.
— Надо же, — она сердечно удивляется, — Никогда бы не подумала. У меня опыт то богатый, семьей в своей жизни много повидала, и ваша уж точно не была похожа на ту, что распадется.
— Ну всякое в жизни бывает, — пожимаю плечами, не желая вдаваться в подробности.
Клавдия Васильевна — мудрая женщина, дальше позволенного не лезет.
— Дам тебе еще неделю, хорошо? Не тяни. Понятно, что и на более поздних сроках аборт сделать можно, но в твоем случае не нужно.
— Почему?
— Я не пугаю тебя, девочка. Но есть вероятность бесплодия, это нередкий случай после аборта. Арина тебе не далась совсем легко, поэтому ты не из тех, кто рожает по десять детей. Упоминать господа не стану, но аккуратнее.
— Я вас поняла, — киваю, вставая со стула. Телефон снова оживает, раздражая перепонки.
Перехватываю из рук Клавдии Васильевны список витаминов, что уже пора принимать.
Прощаюсь с ней, отвечаю на звонок, попутно вешая на плечо сумку.
— Дарина, — голос Людмилы звонок и весел: — Я так рада, что мне удалось дозвониться до вас.
— Я была у врача, не могла ответить.
— Ой, что-то серьезное?
— Нет, обычный плановый медосмотр."
"— А, ну это правильно… Полезная вещь. Меня вот Ленечка тоже возил раньше в Карловы Вары на всякие осмотры, а сейчас со всей этой ситуацией… Чую, что следующая остановка — Кисловодск или Минеральный воды.
— Говорят, там вполне хорошо себе.
— Может быть, — ее треп меня утомляет, но я из вежливости продолжаю беседу.
Выхожу на улицу, снимая машину с сигнализации. Забираюсь в прохладный салон, слушая женский треп о том, как ей хорошо было чистить свои перышки в Европе.
Бросаю телефон на торпеду, даже не включая на громкую связь. Ее голос и без этого из динамиков хорошо слышен. Включаю печку и завожу машину.
