Я уже никого сегодня не ждала, поэтому сильно удивляюсь и в то же время облегченно выдыхаю, когда вижу контакт Регины.
— Ругаться будешь? — принимая вызов, сразу спрашиваю у нее.
— Да нет, это все бессмысленно, ты уже все решила, и я понимаю, что ничего не изменю, — подруга старается говорить максимально непринужденно, но я слишком давно ее знаю, чтобы не уловить истинную суть сказанного.
Она просто сейчас пожалела меня, пожалела после того, что я пережила и не хочет, чтобы я снова оказалась в больнице, так и не выйдя из нее.
— Ничего себе я заслужила помилование, — подхватываю нить ее разговоры и чувствую, как мы обе понемногу начинаем расслабляться, хотя та струна, что была натянута во мне Игорем даже не думает расслабляться.
— Да, прощена, помилована, оправдана, что хочешь, говори. Когда вещи соберешь и будешь готова, я заеду за тобой, отвезу домой или туда, куда ты скажешь, — тяжело выдыхаю, и подруга улавливает это. — Что случилось, Лиль?
— Ничего, все хорошо, насколько это возможно. Просто Игорь сказал, что уже отправил за мной человека.
И я сомневаюсь, что это ты.
— Слушай, а не пошел бы он в одно место? — начинает возмущаться подруга. — Ты не его пленница, Лиля, понимаешь? Не пленница. Он может сколько угодно показывать свой характер, но покажи уже и ты свой. Покажи. Серьезно, плевать, что будет потом. Даже если он слетит с катушек и не дай Бог, тебя изобьет, это, наоборот, сыграет тебе на руку. Попадешь в больницу, снимешь побои, напишешь на него заявление и избавишься от этого груза.
Лилль, не садись ты в машину с его человеком, я тебя прошу.
Она что, с ума сошла такое мне говорить? Как так вообще можно? Уже открываю было рот, чтобы ответить ей, насколько мне неприятны слова, как дверь в палату открывается, впуская моего конвоира.
— Мне некогда, прости. Человек Игоря пришел, пока... Позже созвонимся, — последнее добавляю с небольшой паузой и таким растерянным тоном, что сама себе поражаюсь.
Не дожидаясь ее ответа, сбрасываю вызов и встаю с кушетки, готовая подхватить сумки и сразу двигаться на выход, но все, что я успеваю это только встать.
Когда вижу кто пришел, падаю назад, полностью обессилив.
— Что вы здесь делаете? — удивленно спрашиваю у Дарины, а у самой голос дрожит, что вызывает у любовницы усмешку.
— Фи, как грубо. Все же мне предстоит заботиться о твоих детях в будущем. Неужели не хочешь со мной дружить? — любовница нагло заходит в палату и закрывает за собой дверь, а я чувствую, как во мне что-то ломается.
