Я требую развода. Требую!
— Требуешь? Хорошо, будет тебе развод. Как раз двое детей, поделим поровну, один тебе, другой мне. Выкормишь будущего члена нашей семьи, и я его заберу. Что скажешь?
— Ты с ума сошел? Я не отдам тебе детей.
— Тогда смирись, и живи дальше. В нашей с тобой жизни ничего не меняется, я люблю только тебя, и ни на кого тебя менять не собираюсь. Мы семья, Лиля, и ею останемся.
Глава 6
Лиля
Семья? Какая мы семья? Я не знаю, когда мы перестали ею быть, но перестали. Я во всем виновата.
Я чего-то не додала, раз посмотрел на другую. Но я ведь все старалась делать как надо.
Мы ведь все делали вместе. Между нами не пролетал холодок. Все было прекрасно. Но в какой-то момент что-то пошло не так. И я упустила этот момент. Именно в тот момент семья распалась, а я продолжала носить розовые очки.
И он позволял мне их носить.
А сейчас он делает вид, словно ничего не произошло, вот абсолютно ничего. Получается, для него норма изменять мне. Сколько таких любовниц было, сколько из них вот так уже пытались заявить на него права, а я просто не знала?
Господи, почему это выяснилось сейчас, почему тогда, когда я узнала о беременности, почему именно тогда, когда я решилась о ней рассказать?
Почему эта ложь, эта грязная, гадкая ложь не вскрылась вчера, когда пирожные были не готовы, и я могла бы скрыть факт беременности, чтобы было проще развестись, чтобы он не имел на меня новых рычагов давления.
Все же Надя, она уже не совсем маленькая. Да и я… я ведь в его глазах теперь очень уязвима.
Он знает, куда давить и как давить
— А если я не хочу смиряться и жить вот так дальше? Как ты можешь говорить, что ничего не изменилось, Игорь, когда поменялось абсолютно все? — накрываю живот руками, спрашиваю и плачу.
Не могу себя успокоить, не могу остановить рыдание. Знаю, что делаю только хуже и себе и ребенку. Но как сдержаться в такой момент, когда мир рушится? У меня ступор, шок. Кажется, что иногда даже забываю, как дышать. Только боль в сердце не проходит.
— Как ты можешь говорить, что любишь меня, когда спишь с другой женщиной? И сколько их у тебя вообще было? Сколько раз ты мне изменял? Со сколькими? — не знаю, разбирает ли он хоть слово в моей истерике, но это уже не важно.
Мне просто нужно выговориться, и неважно насколько внятная у меня речь. Знаю, что выгляжу жалко, никчемно, но мало кто может сохранить лицо в такой ситуации.
Раньше думала, что меня никогда не постигнет эта участь.
