Гриер же считал, что мне следует договориться с обвинением, несмотря на мою невиновность.
Ист наклоняется над небольшим ограждением, но его пятерня так и зависает в воздухе, когда прокурор произносит:
– Мы хотим предъявить обвинения Стивену Джорджу О’Халлорану.
Я вздыхаю, когда из смежной комнаты в сопровождении охраны выходит Стив. Он входит в зал суда и идет к столу защиты, бесстрастно глядя перед собой и ни разу не посмотрев ни на меня, ни на свою дочь.
– Зачитайте их, прокурор, – скучающим голосом произносит судья Делакорт, словно это какое-то обычное явление.
Может, для него так и есть, но точно не для нас.
Не для Эллы.
Обернувшись через плечо, я вижу на ее лице смесь ужаса и невообразимой грусти. Поэтому я шепчу Исту:
– Уведи ее отсюда.
Брат кивает, явно согласный с тем, что Элле не стоит выслушивать все эти обвинения, которые выдвигают против ее отца.
– Элла, пойдем. Мы закончили, – тихо говорит он.
Но Элла отказывается уходить. Она берет Дину за руку. А Дина, эта охотница за богатыми мужиками и шантажистка, в ответ сжимает ее руку.
Прижавшись друг к другу, они слушают, как окружной прокурор зачитывает обвинения.
– Стивен Джордж О’Халлоран, далее именуемый обвиняемым, действуя против народа города Бэйвью и штата Северная Каролина, преднамеренно совершил убийство второй степени, в результате которого погибла Брук Анна Дэвидсон.
– Обвиняемый, подойдите к суду.
Я отодвигаюсь в сторону и ошеломленно наблюдаю, как Гриер вытаскивает очередную папку. Вот это да! Он не собирался уходить.
Адвокат убрал документы по моему делу и сейчас готовился защищать Стива."
"Стив, подходя к скамье, застегивает пиджак. Он выглядит уверенным и собранным, но по-прежнему избегает смотреть мне в глаза.
– Вы признаете себя виновным? – спрашивает Делакорт.
– Не признаю, – громким, четким голосом отвечает Стив.
Я сжимаю кулаки. Тоже мне, нашелся невиновный! Мне хочется прикончить его прямо здесь, вбивать его лицо в деревянный стол до тех пор, пока оно не превратится в кровавое, неузнаваемое месиво.
Я хочу…
Чья-то рука сжимается вокруг моего запястья. Я поднимаю глаза, вижу прекрасное, хоть и несчастное лицо Эллы и понимаю, что был на грани. Закрыв глаза, я прислоняюсь лбом к ее лбу.
– Готова поехать домой?
– Да.
Я беру ее за руку, и мы выходим из зала суда, оставляя Стива позади. Моя семья следует за нами. На улице к нам сразу подбегает несколько репортеров, но мы, Ройалы, – парни большие и умеем вселять страх.
