Провожу по волосам, пытаясь хоть немного привести их в порядок. Выхожу в полу мрачный коридор, нахожу свою сумку, достаю сигарету, зажигалку и оглядываюсь, замечая Сашу на широком балконе, похожем на террасу. Ветер врывается в гостиную, колыша воздушные шторы, а он просто стоит, опершись на перила и смотрит вниз. Тихо, на цыпочках, подхожу к нему, встаю рядом, повторяя его позу, смотрю куда-то на ночные огни большого города. Чиркаю зажигалкой, прикуривая сигарету, затягиваюсь ментоловым дымом, выпуская облако в воздух, и смотрю на него.
Саша весь напряженный, усталый и, кажется, полностью погружен в свои мрачные мысли.
— Найди Дениса, поговори с ним. Попытайся объяснить, — говорю я и отворачиваюсь от его лица, опуская глаза вниз. — Обвини во всем меня, скажи, что это я тебя соблазнила. В общем, скажи правду, но попытайся наладить отношение с сыном. Вы семья и это главное, — замолкаю, потому что Александр поворачивается ко мне и прожигает тяжелым взглядом.
— Что ты несешь? — тихо спрашивает он осипшим голосом, как будто больше нет сил бороться. — Я не мальчишка, и сам всего этого хотел и сейчас хочу. Но… — он недоговаривает, забирает у меня сигарету, глубоко затягивается, выпуская дым вверх, запрокидывая голову к мрачному небу. — Ты уйдешь? — спрашивает, но его слова больше звучат утвердительно, чем вопросительно. А я просто киваю головой. — Сейчас уйдешь или останешься до утра?
— Я бы хотела остаться до утра, но лучше сейчас.
Понимаешь, это зависимость, а я не хочу быть зависимой ни от кого, — пытаюсь объяснить я. — Понимаешь, я пустая, внутри меня ничего нет, там черная дыра и ее ничем не заполнить.
— Не понимаю. Не понимаю! — с досадой повышая голос, произносит он, нервно вышвыривая окурок. — Объясни, чтобы я хоть немного связал в своей голове твое поведение! — он отталкивается от балкона, разворачивает меня к себе лицом, схватив за плечи, смотрит в глаза в надежде услышать ответ, но я лишь качаю головой, отводя взгляд.
— Не могу…
— Не можешь или не хочешь?
— Не могу и не хочу, — очень тихо произношу я, но он слышит, отпускает меня, вновь облокачивается на перила, и смотрит вдаль, глубоко вдыхая прохладный воздух. Потом вынимает из кармана, телефон набирает чей-то номер и просит прислать за мной машину. А я еще минут пять рассматриваю его напряженный профиль, пытаясь зафиксировать его образ в своей памяти.
