Неожиданно откуда-то сзади, с последних рядов, там где лежали на разложенных сидениях раненые раздался тихий голос Жбаницкого:
Наверх вы товарищи
Все по местам
Последний парад наступает
Врагу не сдается наш гордый «Варяг»
Пощады никто не желает
Врагу не сдается наш гордый «Варяг»
Пощады никто не желает
Второй куплет пел уже весь автобус, Словник даже не ожидал от себя, что знает слова дальше первого куплета или припева, но нет… знал и пер вместе со всеми:
Из пристани верной на битву идем
Навстречу грозящей нам смерти
За Родину в море открытом умрем
Где ждут желтолицые черти
За Родину в море открытом умрем
Где ждут желтолицые черти"
"Свистит и гремит и грохочет кругом
Гром пушек, шипенье снарядов
И стал наш бесстрашный, наш верный «Варяг»
Подобьем кромешного ада
И стал наш бесстрашный и гордый Варяг
Подобьем кромешного ада
В предсмертных мученьях трепещут тела
Гром, грохот и дым и стенанья
И судно охвачено морем огня
Настала минута прощанья
И судно охвачено морем огня
Настала минута прощанья
Кто-то из парней включил рацию и было слышно, что песню про бравый «Варяг» подхватили во всех автобусах, и от этого как то сразу стало легче и светло на душе, как будто действительно вокруг было не провонявшее запахом горелой резины нутро автобуса, а бескрайнее море.
И пусть врагов больше и они сильнее, но все знали, что правда на их стороне и значит победа тоже будет за ними! Внутри клокотала бесшабашная злость, казалось, что если сейчас дорогу перегородят бронетранспортеры или танки, можно будет броситься на них с голыми руками и порвать как тузик грелку.
Прощайте, товарищи, с Богом, «ура!»
Кипящее море под нами
Не думали мы еще с вами вчера
Что нынче умрем под волнами
Не думали мы еще с вами вчера
Что нынче умрем под волнами
Не скажут ни камень ни крест где легли
Во славу мы русского флага
Лишь волны морские прославят вовек
Геройскую гибель «Варяга»
Лишь волны морские прославят вовек
Геройскую гибель «Варяга»
Песню допели, а потом, как-то сразу автобус потонул в грохоте хохота и смеха.
Ржали как кони, совершенно не понятно с чего, то ли Жбаницкий, как всегда сморозил какую-то несусветную глупость, то ли Леший рассказал анекдот.
Прошел час, потом второй, а потом уже и рассвело — солнце по зимнему обычаю лениво поднялось из-за горизонта, освещая придорожные посадки не ярким светом.
