За незаметной дверцей в стене, и никто и никогда не нашёл бы меня! Я бы умирал долго и страшно, как в Средневековье, когда живых людей замуровывали в стены, и никто не пришёл бы мне помощь».
Меркурьев захлебнулся водой и закашлялся — он видел этот лаз в стене и знал, как там! Знал, что мог там остаться.
Он выбрался из душа, торопливо оделся и побежал к людям. Они не дадут ему пропасть, они его спасут, даже если его замуруют в стене!
В столовой все были на прежних местах, ещё добавилась Лючия — она сидела в эркере спиной к собравшимся и смотрела в окно.
Стас старался заглянуть ей в лицо, но она не поворачивалась. Перчатки лежали на столе рядом с чашкой кофе.
— Васенька, наконец-то! Нет тебя и нет! Садись скорей, поешь и попей. — Нинель Фёдоровна поставила на Мурин стол кружку. — Может, бутерброд с сыром?…
Василий Васильевич плюхнулся рядом с Мурой и, обжигаясь, стал глотать какао.
— Нелегко тебе пришлось, — заметила Мура, и он взглянул на неё.
— Такая собака прекрасная, — сказала Кристина.
— От Саньки не отходит! Пошли утром с ним гулять, а Саня за телефоном вернулся, так пёс весь исстрадался, пока его не увидел! Представляете?
— Ты бы его в кровать не таскала, — посоветовала Нинель. — Грязный же. Да и вообще животное в кровати — нездорово.
— Мы его помоем, Нинель Фёдоровна.
— Я был на маяке, — негромко сообщил Муре Василий Васильевич и против воли передёрнул плечами. Из кружки на свежую скатерть выплеснулось немного какао, образовалось коричневое пятно.
Он поставил кружку на пятно — Там горел огонь. Я видел, правда!
Мура взяла его за руку и посмотрела в глаза.
— Я поняла, — произнесла она тоже негромко. — Ты не волнуйся. Поешь.
Меркурьев хотел что-то ещё сказать и не стал.
— Опять погоды нет никакой, — вздохнула Софья, поднялась и подошла к окну. — Из дома носа не высунешь! Хоть бы тренажёры, что ли, поставили! Я привыкла в фитнес ходить, а тут одна обжираловка и никакого движения!..
— Ничто не мешает вам двигаться, — произнесла Лючия, не поворачивая головы.
— Вон по «променаду»! Можно даже бегом, как наш Василий Васильевич.
— Да что я, лошадь, что ли? Просто так туда-сюда бегать!
— Самый модный спорт, — заметил Стас. — Я по утрам в парке Горького бегаю, по набережной. Там не протолкнуться.
— Да-а-а? — удивилась Софья. — Ну, не знаю. Я привыкла в зале заниматься, у меня программа есть. А бегать так скучно, ужас! Голову нечем занять.
— А вы стихи сочиняйте, — посоветовала Лючия.
