– Он хочет украсть мои камни!
Женщина попыталась прыгнуть Никите на спину, но юный оборотень перебросил ее через себя, и Леона растянулась на полу. Тогда Лидия выхватила из сумочки небольшой дамский пистолет и выстрелила. Пуля разнесла вазу с цветами в полуметре от Никиты. Парень понял, что пора уносить ноги.
– Охрана!!! – визжала Леона.
В коридоре уже слышался топот множества ног.
Белохвостикова выстрелила еще раз.
– На этот раз не уйдешь! – злобно крикнула она.
Одновременно Леона сдернула со стойки самурайский меч и выхватила его из ножен.
Никита бросился на балкон и начал быстро карабкаться вверх по стене.
Лидия выбежала следом и выстрелила ему в спину – пуля раскрошила стену в сантиметре от перепуганного Легостаева. Белохвостикова выстрелила снова и опять промахнулась. Применять свой фирменный вопль она, видимо, боялась, ведь тогда все узнали бы, что она метаморф, а репортерша тщательно оберегала свой секрет. Она в очередной раз спустила курок, но в пистолете закончились патроны.
Издав яростный вопль, Белохвостикова швырнула бесполезный пистолет в Никиту. И наконец-то попала – по затылку. Хорошо, что капюшон смягчил удар, а то было бы реально больно!
– Я все равно узнаю, кто ты! – заорала вдогонку Белохвостикова. – Я все про тебя узнаю!
Никита перевалился через парапет на крышу.
Внизу Лидия громко ругалась с ворвавшимися в номер охранниками.
– Он на крыше, идиоты! – вопила она. – Задержите его!
Никита подбежал к веревке, уцепился за нее и, не пристегиваясь, начал быстро карабкаться вверх.
Он успел подняться на три-четыре метра, когда дверь на крышу распахнулась и наружу выбежала Леона Темникова, размахивая самурайским мечом.
– Не уйдешь! – злобно крикнула она.
Подскочила к гарпуну, торчащему из парапета, размахнулась и рубанула по веревке мечом.
Никита вдруг почувствовал, что летит. Дико завопив от ужаса, парень вцепился когтями в веревку.
Говорят, в такие моменты вся жизнь проносится перед глазами. Но Никита этого не ощутил, уж слишком быстро все произошло.
Веревка резко дернулась, натянулась, и парень по инерции влетел в окно небоскреба, пробив стекло, и с грохотом свалился на пол какого-то офиса. Сверху упали сорванные гардины, посыпались сломанные жалюзи.
Никита, морщась от боли, поднял голову. На него во все глаза с ужасом смотрели две перепуганные молодые женщины. Одна из них замерла перед включенным компьютером. Другая наливала себе чай, и теперь кипяток тек прямо на стол мимо кружки.
