У входа в лифт стояла небольшая конторка из прозрачного пластика, за которой сидел охранник. Гордей обернулся назад, окинул взглядом стоянку напротив здания. Там было припарковано с десяток автомобилей.
– Попрыгай по крышам, – сказал вдруг Гордей.
– Что? – не понял Никита.
– Поскачи по машинам, чтобы сработала сигнализация, – пояснил Лестратов.
Никита понимающе кивнул и улыбнулся. Об этом его не нужно было просить дважды. Он, пригнувшись, добежал до стоянки, запрыгнул на ближайший автомобиль. Машина покачнулась, и тут же истошно запиликала сигнализация.
Никита с легкостью перепрыгнул с нее на соседний автомобиль, затем на третий, и так по кругу.
Вскоре над стоянкой гремел целый разноголосый хор сигнализаций. Никита спрыгнул с последней машины и опрометью бросился обратно к Гордею. Оба замерли за колонной.
Долго ждать не пришлось. Привлеченный шумом охранник выбежал на улицу и помчался на стоянку. Лестратов незаметно выступил из укрытия и ловко придержал дверь за его спиной. Затем Никита и Гордей бесшумными тенями проскользнули в вестибюль здания, беспрепятственно прошли к лифту и поднялись на верхний этаж небоскреба.
Дверь, ведущая на крышу, была заперта. Никита выхватил из кармана бутылку с кислотой и капнул на замочную скважину. Послышалось громкое шипение, кислота на глазах разъедала металл.
Выждав немного, Никита с силой ударил в дверь ногой. Та распахнулась.
– А ты быстро учишься, – заметил Гордей. – В школе бы так.
Никита в ответ скорчил рожу.
Стоило им выйти на кровлю, как сильный порыв ветра едва не сбил их с ног.
Незаметный внизу, здесь он пронизывал насквозь и норовил опрокинуть навзничь. Друзья осторожно подобрались к краю крыши, и Никита глянул вниз. Он никогда еще не бывал на такой высоте, даже когда прыгал по башням «Экстрополиса»! Город внизу переливался неоновыми огнями. Машины, мчащиеся по улицам, казались крошечными. Людей вовсе невозможно было разглядеть.
А «Тауэр Палас» располагался все же на порядочном расстоянии. Никита видел крышу отеля как на ладони: спутниковые тарелки, трубы воздуховодов и вентиляции, крыши лифтовых шахт.
Гордей расстегнул сумку и извлек из нее длинное тяжелое ружье темного металла. Следом показался гарпун с острым наконечником. Лестратов вставил его в дуло ружья, затем вытащил из сумки моток прочной толстой веревки и привязал ее конец к гарпуну, а сам моток бросил на кровлю.
– Надеюсь, длины хватит, – сказал Гордей."
"Никита молча наблюдал за его приготовлениями.
