– Надеюсь, вы не оставили ему никакого оружия? – осведомился адмирал.
– Сейчас посмотрим, – отозвался Блэйк. – Эй, ты, ублюдок, вставай!
Белокурый юноша с безвольным лицом недовольно поморщился, услышав его слова, и обронил:
– Фи, сударь, как вы обращаетесь с дамой…
Блэйк опешил. Но так как он был не особенно силен во французском языке, то подумал, что неверно понял своего собеседника.
– С дамой? С какой дамой?
– Да вот с этой, – усмехнулся адмирал, кивая на сразу же помрачневшего шевалье де Сент-Илера.
– Дивлюсь я на англичан, честное слово. Все-то они всегда видят, кроме самого главного… Довольно, Габриэль, вставайте. В конце концов, не так уж сильно вы пострадали.
Метнув на говорящего лишенный всякой теплоты взгляд, пленник поднялся на ноги, и тут только до Блэйка дошло, что адмирал отнюдь не шутит. Конечно, бывают мужчины маленького роста, и даже с такими же миниатюрными запястьями, как у Сент-Илера. И мужчины без усов бывают, и с высоким голосом и стройными ногами. Но когда все признаки соединяются в одном человеке, можно не сомневаться: перед вами женщина, одетая в мужской костюм.
А эта женщина вдобавок стояла напротив Блэйка, потирая припухшую челюсть, и глядела на капитана без особой приязни, отчего ему сразу же захотелось провалиться сквозь землю. Блэйк считал себя джентльменом, а джентльмен никогда, ни при каких обстоятельствах не позволит себе поднять руку на женщину, даже если она не меньше сотни раз проткнула его шпагой и самым наглым образом отобрала у него дюжину кораблей.
Отвернувшись от Блэйка, Габриэль отвесила адмиралу и его белокурой «тени» изысканный реверанс.
– Адмирал Себастьен де Меридор… – проскрежетала она. – Не буду притворяться, что рада вас видеть. И вас тоже, месье Этьен де Круа.
– Полно вам, Габриэль, – промолвил адмирал, отечески улыбаясь. – Мы же с вами старые знакомые, не будьте так жестоки… Лично я, признаться, всегда восхищался вами.
Глаза Габриэль потемнели, она по-мужски стиснула челюсти. Слева на скуле медленно набухал огромный фиолетовый синяк – печальный свидетель Блэйкова рукоприкладства.
Капитан смущенно переступил с ноги на ногу.
– К чему церемонии, адмирал? Лично я, честно скажу, всегда мечтала увидеть вас в гробу, и ничуть не стыжусь этого.
– Ах, Габриэль, все-таки вам обязательно нужно разбить мое сердце… – томно вздохнул адмирал де Меридор. И тем же вкрадчивым тоном, без всякого перехода, спросил: – Где карта, Габриэль?
– Карта? – удивилась девушка.
