– Боюсь, я тоже буду вынужден доложить обо всем в Лондон, – сладко промолвил он. – Так как же вы потеряли свой корабль, дорогой сэр?
– Его захватили пираты, – холодно ответил Блэйк.
– Браво! – одобрительно кивнул Фортескью. – Я-то, признаться, грешным делом думал, что именно вы должны захватывать их. А оказывается, вы и за своим-то кораблем уследить не в состоянии.
Блэйк, побагровев, поднялся со своего места, но тут в беседу вмешался герцог Олдингтон:
– Довольно, господа. Артур, господин Фортескью по-своему прав, и, я полагаю, нет смысла сообщать в Лондон о вчерашнем досадном инциденте, тем более что вице-губернатор и так сделал все, что мог.
– Олдингтон повернулся к своему заместителю. – И уж тем более не стоит тревожить их величества рассказами о наших мелких неурядицах. В конце концов, одним кораблем больше, одним кораблем меньше, какая разница?
Фортескью понял, что беда миновала, и поспешил выразить свое согласие со словами губернатора. Однако Артур Блэйк, который точно знал, что кораблем больше – совсем не то же, что кораблем меньше, особенно если тот корабль твой, опустил глаза.
– Кроме того, – добавил Олдингтон, – мистер Фортескью предложил отрядить за пиратами погоню, и, признаюсь, данная мысль представляется мне не лишенной основания.
– Возможно, Роджер, возможно, – с расстановкой отвечал Блэйк. Затем повернулся к пленнику: – Куда направляется «Медуза», капитан?
Джек с безразличием поглядел на него и уставился в потолок с таким видом, словно искал там ответа на заданный вопрос.
– Можете не говорить, я и так знаю куда, – усмехнулся капитан Блэйк. – Разумеется, на треклятую Тортугу, будь она неладна.
– Мы сумеем их перехватить? – озабоченно спросил губернатор.
– Думаю, да, – кивнул Блэйк. – Мистер Фортескью, мне нужен самый быстроходный корабль.
– У нас есть «Ласточка», – без колебания сообщил вице-губернатор. – Быстрее ее только ветер.
– Только ветер, да? – Блэйк оскалился, обнажив крепкие ровные зубы. – Хорошо. Когда она будет готова к отплытию?
Фортескью немного подумал.
– Если поторопиться, успеем к завтрашнему отливу.
– Вот и прекрасно, – безмятежно промолвил Блэйк. – Благодарю вас, мистер Фортескью. Вы свободны, можете идти.
Хотя вся эта сцена происходила в собственном доме вице-губернатора и, по справедливости, именно он имел полное право указать своим гостям на дверь, Фортескью не стал перечить. Сухо поклонившись, он свирепо покосился на молчавшего капитана Джека и вышел.
В соседней комнате его догнала дочь.
