— Откуда ты знаешь?
— Он обещал привести ее когда-нибудь, и мне кажется, это была не шутка. По-моему, ее звали Лорен, но больше я ничего о ней не знаю.
Я представила, как Эддингс ведет такие вот задушевные беседы с моими подчиненными. Ничего удивительного, что его так легко, в отличие от других репортеров, пропускали ко мне. Может быть, этот талант и привел его к смерти? Может быть…
— А он не сказал, зачем ему нужен доктор Филдинг? — спросила я, поднимаясь.
Клета задумалась на секунду, рассеянно перекладывая фотографии жестокого, незнакомого ей мира.
— Минуточку. Да, вспомнила. Что-то насчет радиации. Насчет того, как определить, если человек умер от радиации.
— Что конкретно имелось в виду? — поинтересовалась я.
— По-моему, он писал какую-то статью о рентгеновских аппаратах. Ну, знаете, в последнее время об этом много в новостях говорят, потому что люди боятся таких вещей, вроде этих писем-убийц.
Насколько я помнила, в квартире Эддингса не нашли ничего, что указывало бы на подготовку им подобного материала.
Я вернулась в кабинет и занялась бумажной работой, периодически отвечая на звонки. Время шло. Я уже собралась перекусить у себя за столом, когда вошел Марино.
— Что случилось? Хочешь половину сэндвича с тунцом?
Марино закрыл дверь и, не снимая пальто, сел на стул. Лицо у него было такое, что я испугалась.
— Ты разговаривала с Люси?
— Только утром. — Я отложила сэндвич. — Почему ты об этом спрашиваешь?
— Она звонила мне… — он посмотрел на часы, — примерно час назад. Спрашивала, как связаться с Дэнни, узнать насчет машины.
По голосу — она была навеселе.
Секунду-другую я молча смотрела на него, потом отвела глаза. Не стала спрашивать, уверен ли он в этом, потому что Марино разбирался в таких вещах и знал о прошлых проблемах Люси.
— Мне поехать домой? — спросила я.
— Нет. Она сейчас в таком настроении… рвет и мечет. Слава богу, по крайней мере, машины у нее нет.
Я перевела дух.
— Это к тому, что она сейчас в безопасности. Просто подумал, что тебе надо об этом знать."
"— Спасибо.
Тревожных симптомов давно не замечалось, и я надеялась, что Люси удалось справиться со склонностью к алкоголю, что беда навсегда осталась в прошлом, что времена, когда она садилась пьяная за руль, теперь не повторятся. Но вот… Ее странное поведение утром и сообщение Марино сигнализировали о том, что что-то не так. Что-то совсем не так.
— И еще одно, — добавил он, поднимаясь. — Ты ведь не хочешь, чтобы она возвращалась в Академию в таком состоянии?
— Нет.
