— Может быть, не всей полиции, а одного только детектива Роша.
— Судя по твоему рассказу, он имеет ко всему происходящему лишь косвенное отношение, а его интерес к тебе, как я подозреваю, — это вопрос отдельный.
— Его единственный интерес — запугать меня и заставить отступить. Поэтому, как мне представляется, и к случившемуся он имеет самое непосредственное отношение.
Некоторое время Уэсли молча смотрел перед собой в ветровое стекло, и я позволила себе, улучив момент, взглянуть на него.
— Кей, — он повернулся ко мне, — доктор Мант не говорил, что ему угрожали?
— Мне — нет, не говорил.
Да я и не уверена, что сказал бы. Особенно если боялся.
— Боялся чего? Мне трудно представить, что он мог чего-то бояться. — Бентон повернул ключ и медленно выехал на улицу. — Если Эддингс был связан с неосионистами, то как это могло отразиться на докторе Манте?
Ответа не нашлось, и я промолчала.
— А ты не думаешь, что твой британский коллега просто-напросто сбежал из города? Ты точно знаешь, что его мать умерла?
Я задумалась, вспомнив, что перед Рождеством, без объяснений, ушел с работы начальник морга.
А за ним вдруг последовал доктор Мант.
— Знаю только то, что он сам мне сказал, и у меня нет причин подозревать его во лжи.
— Когда возвращается твоя другая заместительница, та, что в декрете?
— Не скоро. Она только-только родила.
— Да, это подделать трудно.
Мы свернули на Малверн. Дождь бросил в стекло россыпь мелких капель. Я с трудом сдерживала себя, чтобы не произнести слова, которые буквально вырывались из меня.
Когда мы выехали на Кэрри-стрит, моя нерешительность уже перешла в отчаяние. Я хотела сказать Уэсли, что мы приняли верное решение, но точка в отношениях — это одно, а чувства — совсем другое, и с ними покончить не так просто. Я хотела спросить о Конни, его жене. Хотела пригласить его домой, как бывало раньше, и прямо спросить его: почему он больше мне не звонит? Уходящая вниз, к реке, Олд-Локке-лейн уже погрузилась в темноту, и мы ехали очень медленно.
— Возвращаешься сегодня в Фредериксберг? — спросила я.
Он помолчал, потом ответил:
— Мы с Конни разводимся."
"Я удержалась от комментариев.
— История длинная, и разбираться в ней придется, наверно, еще долго. Слава богу, дети уже выросли. — Он опустил стекло, и охранник, узнав меня, махнул рукой — проезжайте.
«БМВ» с шумом покатился по пустынной, мокрой улице.
— Можно сказать, получил по заслугам. Конни едва ли не год встречается с другим, а я и не знал.
