— Мне все это не нравится, — сказала я. — Совсем не нравится.
Люси с удивлением посмотрела на меня.
— Ты же не веришь во всякие суеверия и несчастья, которые Книга может навлечь на нас?
— Эти люди общаются с дьяволом. А я вполне уверена в том, что зло в мире действительно существует, и нельзя относиться к этому несерьезно. Где именно в доме Эддингса ты нашел эту Богом проклятую Книгу? — спросила я у Марино.
— Под кроватью.
— Серьезно?
— Совершенно серьезно.
— А мы можем быть уверены в том, что Эддингс жил один?
— Похоже, что так.
— А что известно о его семье?
— Отец уже умер, брат живет в Мэне, а мать — в Ричмонде. Между прочим, недалеко от тебя.
— Ты с ней уже разговаривал?
— Заезжал, сообщил плохие новости. Еще попросил разрешения на осмотр дома сына. Проведем его завтра. — Марино взглянул на часы. — Хотя нет, уже сегодня.
Люси встала и подошла к очагу. Усевшись в кресло, оперлась локтем о колено и положила подбородок на руку. Позади нее в ложе из серого пепла мягко светились угли.
— Откуда ты знаешь, что это оригинал, принадлежащий неосионистам? — спросила она. — По-моему, нам известно только то, что Книга принадлежала Шапиро. Но как она попала к нему?
— Шапиро сам был неосионистом всего три месяца тому назад. Я слышал, что Хэнд не прощает тех, кто отрекается от его учения. Позвольте-ка спросить: сколько бывших неосионистов вы знаете?
Люси не смогла назвать ни одного. Собственно, и я тоже.
— Это течение существует уже около десяти лет. А мы когда-нибудь слышали о тех, кто решил покинуть его ряды? — продолжал Марино.
— Кто, черт возьми, нам расскажет, сколько человек он уже похоронил там, на своей ферме?
— Как же так получилось, что мы практически ничего о нем не знаем?
Марино заткнул шампанское пробкой.
— Потому что про таких не рассказывают ни в Массачусетском технологическом институте, ни в Вирджинском университете.
5
Я лежала в постели и смотрела в окно на задний двор доктора Манта. За ночь навалило столько снега, но ветер смел его к стене.
Вдалеке, за дюной, солнце полировало поверхность моря. Я ненадолго закрыла глаза, позволив себе подумать о Бентоне Уэсли. Что он скажет, когда узнает, где я теперь живу? И что мы оба скажем друг другу, когда встретимся сегодня? Мы уже долго не разговаривали, со второй недели декабря. Тогда мы договорились прекратить наши отношения.
Я повернулась на бок, натянула повыше одеяло и тут же услышала тихие шаги. Люси опустилась на край моей кровати.
