Чем дальше, тем больше я ощущала непонятное беспокойство. Отсутствие первого коренного зуба указывало на вмешательство стоматолога. Эддингс поставил несколько очень дорогих фарфоровых коронок, а контактные линзы, зрительно увеличивая глаза, делали взгляд ярким и живым. Примечательно, что, когда под маску хлынула вода, уцелела только правая линза, и теперь его застывший взгляд был несколько асимметричен, отчего создавалось впечатление, будто на меня из-под полуопущенных век смотрят два разных человека.
Я практически закончила с внешним осмотром, но оставались еще инвазивные процедуры, необходимые в случаях, когда рассматривается вероятность насильственной смерти.
В первую очередь требовалось исследовать сексуальные наклонности пациента. Столь очевидные знаки, как татуировки, указывающие на ту или иную ориентацию, встречались мне редко, а уж желающих добровольно поделиться со мной подробностями интимной жизни покойника не встречалось вообще. Впрочем, меня мало интересовало чужое мнение — я бы в любом случае искала свидетельства анальных сношений.
— Что вы ищете? — поинтересовался Рош, останавливаясь у меня за спиной.
— Проктит, анальные трещины, утолщение эпителия в результате травм, — ответила я, не прекращая работы.
— Значит, вы допускаете, что он — гей? — заключил Рош, выглядывая из-за моего плеча.
Дэнни залился краской, глаза его полыхнули злобой.
— Анальное кольцо, эпителий — не изменены, — ответила я, делая соответствующие пометки. — Другими словами, никаких травм, связанных с активным гомосексуальным поведением.
А вам, детектив Рош, следовало бы отступить подальше, чтобы не мешать мне.
Я даже чувствовала его дыхание у себя на шее.
— Вы в курсе, что он часто бывал в том районе — брал интервью?
— Что за интервью? — поинтересовалась я. Детектив действовал мне на нервы.
— Не знаю.
— У кого он их брал?
— Прошлой осенью готовил материал о списанных кораблях. Возможно, капитан Грин рассказал бы больше.
— Я разговаривала с капитаном Грином совсем недавно, но он даже не упомянул ни о чем подобном.
— Материал вышел в «Вирджиниен пайлот» в октябре прошлого года… кажется, так. Ничего особенного. По-моему, он вынюхивал что-то еще.
— Например?
— Меня не спрашивайте. Я же не журналист, — резко отреагировал Рош, взглянув через стол на Дэнни. — Лично я их ненавижу, всю эту прессу. Лезут со своими дикими теориями и ничего не делают, чтобы их доказать. Этот парень такой же — один из ведущих репортеров, работал на «Ассошиэйтед пресс» и еще много на кого.
