— Полагаю, вы и сами это понимаете.
— А что такое МАР в Мемфисе? — спросила я.
— Еще один номер, по которому звонил Эддингс. Маркетинговое агентство реутилизации. Занимается продажей избыточных запасов. Разумеется, с одобрения КВМС.
— Тогда понятно, почему Эддингс поддерживал контакты с этими людьми. Он знал, что творится на верфи, знал о нарушениях тех самых стандартов и, по-видимому, собирал материал для статьи.
— Давайте о стандартах поподробнее, — вмешался Марино. — Какие именно правила должна соблюдать судоверфь?
— Ну, например: если Джексонвилл пожелает получить «Саратогу» или какой-то другой авианосец, КВМС обязан проверить, готов ли город обеспечить условия, соответствующие стандартам ВМС.
— Это какие же условия?
— Например, есть ли у города пять миллионов на ремонтные работы и в состоянии ли он тратить еще два миллиона ежегодно на обслуживание судна. Глубина бухты должна быть не менее тридцати футов. С другой стороны, проверяющий из КВМС, возможно штатский, обязан не реже одного раза в месяц посещать место стоянки и контролировать ход проводимых на корабле работ.
— И на верфи это все соблюдалось? — спросила я.
— Мы не уверены, что контроль осуществляется гражданским специалистом, — ответил генерал, глядя мне в глаза.
И лишь тогда в разговор вступил Уэсли.
— В этом-то и проблема. Таких гражданских специалистов сейчас великое множество, и некоторые из них покупают и продают все подряд, абсолютно не принимая в расчет интересы национальной безопасности страны. Как известно, и верфью в Норфолке управляет гражданская компания.
Именно она инспектирует корабли, которые продаются городам или идут на утилизацию.
— А как обстоят дела с подлодкой «Эксплойтер»? — спросила я. — Той самой, возле которой нашли тело Эддингса.
— Это субмарина класса «Зулу», оснащена баллистическими ракетами. Десять торпедных аппаратов, две пусковые ракетные установки. Строилась с тысяча девятьсот пятьдесят пятого по тысяча девятьсот пятьдесят седьмой. Начиная с шестидесятых, все строящиеся в США подлодки — атомные.
— Значит, та, о которой идет речь, — старая, — прокомментировал Марино. — Не атомная.
— Поставить на нее атомный двигатель невозможно, — ответил генерал. — Но торпеду или ракету можно укомплектовать какой угодно боеголовкой.
— Вы хотите сказать, что подлодка, возле которой я спускалась, может быть переоборудована для стрельбы ядерными зарядами? — спросила я, чувствуя, как сгущается нависшая надо мной тень страха.
Генерал слегка наклонился ко мне.
