Какого черта я этим занимаюсь? Сама себе купит! И зачем мне вообще знать, добралась она или нет? На все ответы внутри разгорался огненный шар из нетерпения и чего-то смутно знакомого…волнения? Я все-таки должен был доставить ее домой в целости и сохранности. НО ОНА САМА СБЕЖАЛА. Да, именно так вопил разум, но несмотря на это я пошел в аптеку и купил все по списку, а после сообщения бати с короткой припиской «не чуди» и адресом Ники, я сорвался к месту назначения как умалишенный.
Гнал на запредельной скорости, а, подъехав к неприметному и обшарпанному зданию, понял лишь одно — девочка жила слишком бедно, так бедно, что я и не догадывался насколько.
Тут даже асфальта не было. Как так? Я после своей элитной двушки в центре привык к подземному паркингу и асфальтированным дорожкам, а здесь разруха. Всюду была именно разруха.
Мои порывы этот вид немного охладил. Вот он я, мажористый мудак, чудящий направо и налево, кидающий пошлые шутки, а она, вот она какая, реальность Ники.
Еще и обидел. Стало не по себе. Просчитав по номеру квартиру окна Зайцевой, увидел тускло горящий свет.
Дома. Значит, наш разговор потерпит, немного потерпит до завтра.
Охладится и она…и я немного сбавлю обороты.
Успокоение отпустило жесткую стальную цепь волнения с моей шеи. Совесть практически затухла.
* * *СЕЙЧАС
МИША
Я стоял и миленько так охуевал с происходящего. То есть, пока я там совесть свою пытался заглушить и бегал по аптекам, как в жопу раненая рысь, она скакала на хую Ракитина. Моего друга! Вот же ж жизнь несправедливая сука, еще один друг, еще одна баба.
Как интересно и смешно, только со мной могло такое приключиться. А как она умело строила из себя оскорбленную невинность? Как показательно обижалась? Чтобы что? Вернуться и переспать с очередным мужиком, когда до этого особо не сопротивлялась при поцелуе со мной. Да, пусть я ее тоже особо не спрашивал, но реакция-то была точно запоздалой. Так не реагируют на поцелуи тех, кого ненавидят. Так не замирают, если не хочешь продолжения. В глазах не плещется огонь, а тело не воспламеняется жаром.
Ракитин полуголый в ее квартире, а она при этом опять строила из себя саму невинность. Как трогательно, сейчас всплакну!"
"Несмотря на жгучую злость, я не мог отвести глаз от подрагивающей губы, так и хотелось сжать пальцами, причинить хоть такую боль. Глазищи эти огромные бы не видеть, да все вперялись в меня, заставляли внутренности кипеть. Я вот как чувствовал, что не все с ней так складно и не зря! У меня на баб нюх не сбитый.
