- Мне кажется, ты торопишься с решением о разводе, ну повстречал ты девку, ну понравилось тебе с ней спать, так спи, но зачем разводится? У вас же дети, каково им будет жить без матери? Ты об этом подумал, Павел? Я как мужик тебя понимаю, однообразие надоедает, порой хочется чего-то нового, яркого, - явно описывает похождение на лево, - сам не без грешка, но как видишь, семью я не бросил, - разводит руку в стороны.
- Я не, вы, - слегка качаю головой, - у нас разные ситуации, вы ищите яркость на стороне от скуки семейной жизни, мне же требовалось утешение после того, как ваша дочь убила моего ребёнка.
С той другой, я нашёл не только утешение, я ощутил каково это, любить и быть любимым. Что касается детей, то изначально я не планировал забирать девочек у Алины, но после её выходки…, она совершенно не озаботилась о наличии детей в соседней комнате, а что если бы кто-то из малышек забежал на крики и попал под её удар? Вы об этом подумали?
Тесть хрипло прочищает горло, оттягивает узел галстука.
- Я, конечно, не видел Али в тот момент, но представляю, насколько ей было плохо после того, как ты ей сообщил о разводе, она могла быть в состоянии аффекта, она же любит тебя…
Из груди вырывается сдавленный хохот, чем обрываю речь тестя.
- Алина любит деньги моего деда, но никак не меня, - выдал сквозь хрипоту, от смеха, боль пронзила лопатку и те места, по которым прошлась бита, - я предлагаю разойтись по мирному, не забывайте чей я внук, и какие последствия могут быть в случае если вы не согласитесь, - прикрываю глаза, от яркого света из окна из режет нещадно.
- Я тебя понял, откуда я могу забрать свою дочь? – каким-то поникшим голосом спрашивает мужчина.
- Свяжитесь с моим безопасником, он отдаст вам Алину, - открываю глаза.
Поджав губы, пока ещё тесть широким шагом спешит покинуть палату.
- Георгий Станиславович, - останавливаю у самой двери тестя, - хочу предупредить, чтобы не рассказала вам ваша дочь, не советую предпринимать какие-либо решения, и не делать лишних движений, всё может обернуться против вас, сидите тихо, и останетесь в своём кресле, - смотрю в глаза отца Алины.
Вновь хмурится, губы дергаются, явно хочет спросить о чём я именно говорю, но не решается, коротко кивает и после рывком открыв дверь, покидает палату.
Разговор отнял последние силы, сползая чуть вниз, гулко сглатываю.
Что будет дальше покажет только время, но как бы там не было, вопрос с Алиной разрешён.
