Когда суд пройдет, скорее всего – всё имущество будет конфисковано. Ничего не останется.
– Не предвидел этого или как?
– Предвидел.
Тогда я совершенно не понимаю поступков Демида! Если это не было ради какой-то личной выгоды, то зачем?! Мы могли просто уехать, раз в этом городе было бы сложно.
Но пока всё такое туманное…
– Я запуталась. Ты можешь рассказать мне больше?
Наверное, во мне приличная доза успокоительного, а ещё нервная система не отошла от стресса. На этот раз я куда спокойнее, не хочу снова ругаться, а просто разобраться.
– Я не понимаю твоего отца, – задумываюсь. – Ну, не совсем. Ладно, он хотел вернуть тебя. Почему-то.
– Я единственный наследник, Лиз. Продолжение фамилии, бизнеса и всё такое. Отец не хотел отдавать кому-то дело, а мне не мог, так как открестился.
– Ладно. Ну, знаешь… Он мог просто простить тебя, с барского плеча позвать обратно. Сделать вид, что принимает меня…
– Во-первых, ему бы гордость не позволила. Принять чужачку в качестве невестки. Во-вторых… Он понимал, что пока мы вместе, то я в эту грязь не полезу.
Ты делала меня лучше.
Недоделала, видимо.
Иначе не представляю, как Демид смог опуститься до уровня Юсупова старшего, погрязнуть во всех тайных делах. И по мне потоптаться во имя каких-то благих целей.
– Лиз, – зовёт, а сам прячет взгляд. – То, что я тебе говорил… Непростительно. Но я хочу, чтобы ты знала. Я никогда так не считал. И не стал бы тебе изменять. У меня ничего не было с Марисой.
– Я знаю.
Усмехаюсь на удивленный взгляд Демида.
Я не совсем идиотка, иначе бы не закончила медицинский. После того как мужчина рассказал больше, некоторые факты я могла сопоставить.
Это было лишь догадкой, но то, как сейчас реагирует Юсупов, лучшее подтверждение. Но легче от этого не становиться. Одна обида уходит, рождается вторая.
– Только я не понимаю, – запрокидываю голову, часто моргаю. – Почему ей ты мог всё рассказать, а мне – нет. Какого черта все вокруг знали о происходящем, а я была в изоляции!
– Никто не знал.
Марисе я лишь предложил брак по расчету, сказал, что собираюсь разводиться вскоре. Ей нужен был муж, чтобы родители отстали. А Рязанов… Ну, он сам меня припечатал к стене, когда вопросов стало слишком много. Я никого не собирался посвящать в мои дела.
– Мне ты мог рассказать! Черт, Юсупов, я твоя жена! Была на тот момент, – исправляюсь. – А ты поступил так, будто от меня можно отмахнуться. Просто вышвырнул, чтобы не мешала!
– Давай представим.
