А завглав несколько дней здесь провела, когда в её квартиры делали ремонт – она терпеть не может запах краски.
– Мне в этой больнице можно всё, остальным – ничего. Работать можешь?
– Да.
– Тогда дуй переодеваться и будешь осматривать пострадавших. А потом мы с тобой всё обсудим. Почему мой беременный хирург прячется в подсобке.
Потом – понятие растяжимое. Может, Серафима Ивановна и хотела провести мне лекцию, но у нас действительно аврал. Сегодня был футбольный матч – болельщики проигравшей команды пошли мстить выигравшей.
А к ним присоединилось пару компаний, которые до сих пор праздники отмечали.
В итоге рук не хватает, слишком много народа. Хирурги с большим опытом отправляются в операционные, новенькие – обрабатывают лёгкие травмы. Мне достается проводить первичный осмотр и направлять пациентов дальше.
Наше отделение редко работает с травмами, чаще всего плановые операции и парочку экстренных, связанных с другими заболеваниями. Но соседняя больница уже и так заполнена.
Я погружаюсь в работу и немного цинично думаю про то, что не против ещё пациентов. Концерта там ни у кого не было сегодня? Потому что привычная работа здорово очищает разум. Там остаются только симптомы и диагнозы.
Коридоры пустеют, меня вызывают на подхват в операционную. Потом привозят пациента с острым перитонитом, и я на несколько часов выпадаю из реальности. Лучшее чувство в жизни.
От усталости ноет всё тело, зато в голове – блаженная пустота.
За окном начинает светать, когда я могу отдохнуть.
Захожу в ординаторскую, где уже собрались другие врачи, падаю на свободный стул, прикрывая глаза.
– Кофе? – с улыбкой предлагает Левенко, один из травматологов. – Или сразу двойную порцию?
– Тройную, – слабо улыбаюсь, но качаю головой. – Нет, я лучше посплю.
– А разве твоя смена начинается не через час?
– А что, удобно, - одна из интернов смеётся. – Не нужно отчитываться, что было ночью – уже всё известно.
– Так, удобные мои, - Серафима Ивановна оказывается на пороге, заставляя всех замолчать.
– Бумажную работу никто не отменял. Юсупова, в мой кабинет.
В спину летят перешептывания, но я послушно следую за женщиной. Нашкодившей школьницей сажусь в кресло, рассматриваю свои пальцы – кожа сморщилась из-за перчаток.
Так поступать нельзя – работать в ночную смену и нагружать себя, чтобы забыться. Сегодня это хорошо помогло, но я не должна рисковать здоровьем из-за того, что мой муж оказался мерзавцем.
