Демиду приходилось часами выслушивать мои восторженные рассказы о больнице, без шанса остановить.
А замглаву хватает только одного взгляда, чтобы я поджала губы.
– Конечно, персонал про твою беременность в курсе, но пока не стоит оформлять всё в отделе кадров и вставать у нас на учёт, – говорит мягко, но у меня даже мысли нет поступить по-другому. Костенко говорит, а ты уже должен прыгать. – Тогда будет меньше вопросов к твоей поездке.
– Поездке?
– Вот теперь, деточка, перейдем к главному. Мне удалось договориться об обучении для нескольких врачей.
Повышение квалификации, работа с новым оборудованием. Ты, Левенко, ещё пару хирургов и ребят из другого отделения поедете на конференцию.
Киваю, теперь понимая. Если все будут судачить про то, что я ухожу в декрет – замглава могут дергать с претензиями. Я ведь не смогу работать с этим оборудованием через пару месяцев. Куда логичнее было бы послать того, кто будет работать постоянно.
И интерес женщины к моим планам теперь объяснен.
Хотя выбор Серафимы Ивановны всё равно удивляет.
Нет такой острой необходимости отправлять именно меня, да и Левенко тоже. Он ведь совсем недавно у нас, не передовой специалист.
Или, может, решили отправить тех, без кого в хирургии обойдутся?
– Ты как раз успеешь снять швы и уладить все вопросы к отъезду, – продолжает женщина. – У тебя ведь есть загран паспорт?
– Погодите, конференция будет заграницей? Я думала…
– Да, французы, наконец, согласились. Я с ними полгода бодалась, они всех кандидатов отклоняли.
Пришлось даже… Ну, неважно. Главное, что я их добила. Поедешь, развеешься после развода, новому научишься.
– Спасибо, Серафима Ивановна! Я не подведу.
– Надеюсь. Всё, иди, отдыхай. Пришлю тебе на почту всю информацию.
Я не иду домой, а будто лечу. Зачитываюсь каждой строчкой, потому что это кажется чем-то нереальном. Злой шуткой. Вот сейчас Костенко позвонит мне и скажет, что ошиблась. Не я должна ехать.
Три недели конференции в другой стране, которую оплачивает больница. Пятнадцать дней обучения с именитыми лекторами.
Одна потрясающая возможность, чтобы отойти и оставить прошлое в прошлом.
Обещаю себе, что по возвращению вовсе не вспомню о Юсупове.
Глава 24
Костенко соврала. Ну, почти. До конференции я не вернулась в операционную, но на работу меня всё же вызвали. Часть коллег слегли с гриппом, рук не хватало.
Я была на подхвате, больше занималась бумажными делами, обходом пациентов. Встретила пару знакомых, успела подать заявление на развод.
