Глава 13
Просыпаемся мы с Данькой пораньше. Я звоню воспитательнице, чтобы сообщить, что сына не будет в саду, и мы начинаем собираться к окулисту в одну из частных клиник. Я не стала откладывать обследование в долгий ящик и записала сына к одному из лучших специалистов. Я совсем недавно получила зарплату, поэтому деньги на обследование у меня есть, а с отцом Макс обещал помочь.
Я все еще не знаю, что делать с нашими отношениями. С одной стороны, он давно намекает на то, что нам стоит жить вместе, говорит, что готов взять на себя ответственность по воспитанию сына, но я почему-то сомневаюсь.
Впустить мужчину в свою жизнь куда проще, чем допустить его к ребенку. Даня любит Максима, но готов ли парень стать его отцом и полюбить его, как родного? Они неплохо ладят, играют, но что если два три часа встреч в неделю сменят сутки напролет.
Это ведь и недоспанные ночи, болезни, необходимость делать рутинную работу, от которой Макс сейчас избавлен. Он забирал к себе Даню несколько раз. Без труда укладывал спать, купал, играл, кормил, но… я все еще не уверена, что однажды ему не надоест, и он решит, что наигрался в папу.
Что будет тогда? Я переживу наше расставание, ведь не испытываю глубоких чувств, которые бы ранили мое сердце, а сын? Сможет ли он так же легко отвыкнуть от мужчины, ведь два года его растила только я.
Клиника находится на другом конце города, поэтому из дома мы выходим пораньше. Такси туда стоит дорого, и я решаю воспользоваться общественным транспортом. К клинике мы добираемся за час, за полчаса, что у нас остаются до приема, успеваю покормить Даньку сырниками и позвонить маме, чтобы узнать, как дела у папы.
В кабинет врача захожу взвинченная и тревожная. Беспокоюсь за здоровье сына и, как оказывается, не напрасно.
— У вашего сына астигматизм, — поясняет доктор Белова. — В этом нет ничего страшного, но главное, болезнь лечится.
Я машинально киваю и смотрю впереди себя, пока женщина пишет. Она что-то ищет в компьютере, а я будто оглушена новостью. Понимаю, что в этой болезни нет ничего ужасного, но ведь Дане всего два.
Что будет потом? Насколько успешным будет лечение и сможет ли он жить обычной жизнью, как и его сверстники?"
"Эти и множество других вопросов роятся в моей голове, пока врач уверенными движениями что-то пишет на листочке. Я осматриваю ее тонкие сухие пальцы, перевожу взгляд на сосредоточенное постаревшее лицо. На вид ей около пятидесяти, но тридцатипятилетний стаж работы говорит о том, что ей куда больше.
