— Олька в реанимации. Она прилетала сюда к ним на праздник, что ли и… они в аварию попали, когда из аэропорта ехали, — по щекам Леры текут слезы.
— Подожди, — хриплю я, пытаясь осознать услышанное. — Это означает, что…
— Что он вернулся навсегда, — кивает Лера. — Бизнес отца теперь на нем, — продолжает она. — Вряд ли он уедет.
Глава 6
Весь день я не могу сосредоточиться и взять себя в руки. Работа не идет, как я не пытаюсь наладить процесс. Ближе к вечеру набираю Макса и пытаюсь загладить свою вину и объяснить, почему я не брала трубку больше суток.
— Я думал, ты уже не позвонишь, — с укором произносит он. — Что случилось, Настя?
— Ничего, просто… столько всего навалилось.
Начинаю чувствовать себя героиней дешевой мелодрамы, где побитая судьбой девушка пытается справиться с проблемами и не обращается к своему парню. Навалилось действительно много и я могу назначить на завтра встречу, ужин, чтобы поговорить.
— Макс, я сейчас на работе, но звоню, чтобы завтра встретиться. Я приготовлю ужин, или сходим в кино.
Мне правда безумно жаль, что все так вышло.
— Насть, ты думаешь, я не понимаю? — в его голосе слышится горечь, которую я никак не могу подсластить. — Я намекнул о переезде, ты снова даешь заднюю. Я ведь хочу, чтобы Даньке лучше было. У вас однушка, ему места мало. Знаешь, как он после сада у меня бегал и резвился? И я знаю, что ты не хочешь. Я и не давлю, просто…
Он замолкает, а я начинаю чувствовать себя до жути виноватой. Пока между нами висит пауза, мне пытается дозвониться мама, но я игнорирую ее звонок, потому что это означает снова продинамить Максима.
— Я виновата, — соглашаюсь с ним. — Дашь мне второй шанс? Обещаю загладить свою вину ужином.
Макс вздыхает, но соглашается, правда, когда я кладу трубку, все еще чувствую себя виноватой. Не потому, что не соглашаюсь на переезд, а потому что держу его в подвешенном состоянии. Я не отказываю и не говорю да, просто не определяюсь с решением. Макс действительно любит меня, вот только я не могу похвастаться этим чувством в ответ.
Внутри меня ничего не горит при виде него, мои глаза не начинают светиться счастьем, рукам не нужно прижать его сильнее, а телу ощутить жар.
Мне все равно.
Я понимаю это только сейчас. Знаю, что лучше всего не морочить ему голову и сказать, что между нами все кончено. Обрубить на корню то, чему не будет продолжения, но в такие моменты я вспоминаю глаза Даньки, его радость на лице, когда он видит Максима. Я виню себя за это.
