Смахиваю мокрые дорожки платочком и продолжаю слушать. — Я пригласила ее на чай, выслушала. Он никогда бы ее не бросил, потому что ему был невыгоден развод. Он собирался баллотироваться в депутаты и счастливый отец двоих детей вписывался в его образ куда лучше, чем мужчина, отбирающий у матери детей, чтобы вернуться к бывшей. Я в тот же вечер сказала ему, чтобы он убирался. Собрала его вещи в чемодан и выставила за дверь. Он пообещал, что я пожалею.
Видно, что ей трудно говорить. Еще бы. Она вся в иголках и на ее лице написана боль и страдания, но хуже всего от осознания, что это с ней сделал тот, кому она отдала и душу и тело.
Подарила всю себя.
— Ты думаешь, это он? — мне все еще трудно поверить, что люди способны на такую низость. Особенно те, кто был нам близок. Я бы никогда такого не смогла сделать близкому человека, да и врагу тоже!
— Я уверена. И Оля тоже его рук дело. Она была единственной, кто знал обо всем. Я ведь тебе боялась рассказывать, у тебя ребенок, и он бы точно надавил, но он узнал о ней.
Прочитал нашу переписку, ее советы. Поставил ультиматум, что я должна вернуться к нему, стать любовницей, как раньше, и никто не пострадает. Я не верила, что он доберется до Оли в Штатах, а она вернулась и он подстроил эту аварию.
— Но зачем ему убивать тебя? — непонимающе спрашиваю. — Он ведь хотел, чтобы ты была с ним.
— У меня была переписка, где он угрожал убить всех, кто ему дорог. Имя Ольги там фигурировало. Я последние дни практически никуда не выходила, но тогда мне нужно было поехать на работу, и я выехала.
Вернулась поздно, забыв обо всем. Он уже был в квартире.
Я вижу, что ей трудно обо всем вспоминать, замечаю, с каким трудом она возвращается воспоминаниями к тому вечеру и прошу ее прекратить.
— Расскажешь потом, милая, это ведь не критично.
— Нет, — Лера мотает головой, полная решения пойти до конца. — Он выстрелил мне в ногу, потом в плечо, а дальше я не помню, потому что упала. Знаю, что было жутко больно, горело все тело.
— Тебе ведь опасно находиться здесь, — я мгновенно достаю телефон, чтобы позвонить Стасу и сообщить обо всем, но подруга опережает меня.
— Погоди. Мне не опасно. Он забрал мой телефон. У меня ничего нет, понимаешь? Ничего. Я не смогу доказать, что он как-то причастен к аварии с Олей и родителями. Я не опасна. Если бы он сомневался в этом, я была бы уже мертва. Послушай, — она уговаривает меня. — Он один из самых влиятельных людей в городе. На уровне с ним только его соперники в выборах.
