Мама, как всегда, принимает чью-угодно сторону, но меня слушает в последнюю очередь. Кажется, даже не обидно. Страшно лишь то, что я надеялась, будто она может понять, выслушать, принять мою сторону и сказать, что я права.
— Ты все сказала? — спрашиваю у нее, садясь обратно в кресло и устало опираясь на деревянную поверхность стола.
— Нет, он ужасно на тебя влияет! — восклицает мать. — Ты уже мне хамишь.
— Знаешь, что мне сказал Максим? — вдруг перебиваю ее.
На глаза почему-то наворачиваются слезы.
Кажется, я все еще надеюсь, что она поймет, выслушает меня и в ее голове сложится пазл. Мама молча ждет, когда я продолжу, стоит, уперев руки в боки и ждет, пока я обнажу перед ней душу.
— Он мне угрожал, — стараюсь говорить как можно спокойнее.
— Кто? — удивляется она. — Максим? Дочка, ты уверена? Может, ты что-то не так поняла?
Я усмехаюсь и утираю проступившие слезы тыльной стороной ладони. Встаю и из последних сил говорю:
— Я была рада повидаться, мама, но будет лучше, если ты уйдешь.
Глава 33
— Нет, ты посмотри на нее, — рычит мама после моих слов. — Засранка. Уйти я, видите ли, должна. Когда же ты думать начнешь, Настя? — со вздохом произносит мама. — Максим твое будущее, а этот… бросил тебя раз, бросит и второй.
— Он меня не бросал, — зло произношу, готовая рассказать ей, как все было.
— Ой ли? Не бросал? А что? Ты его бросила? Богатого, успешного и готового на тебе жениться? Так, хочешь сказать, было?
— Мы были знакомы одну ночь, — прочистив горло, наконец, признаюсь ей.
— Я хотела от него ребенка, потому что у меня была проблема со здоровьем. Он спас меня у клуба, мы поехали к нему и… теперь у меня есть Даня.
Мама молчит. Кажется, переваривает полученную информацию, чем позволяет мне немного перевести дух. Я не собиралась рассказывать ей всё вот так… вываливать без подготовки и ставить перед фактом, но она на оставляет мне выбора. Давит отношениями с Максимом и тем, какой Стас плохой, а ведь это я обманом хотела забеременеть от него.
— Какие это проблемы со здоровьем? — мама садится обратно за стол и выжидающе смотрит.
Ее уход откладывается, поэтому я спрашиваю, будет ли она кофе. После утвердительного кивка занимаю руки готовкой напитка и попутно рассказываю о том, как узнала о своем диагнозе и о лечении. Я не хотела говорить об этом матери, когда лечилась, а потом, после беременности, решила, что это уже и неважно.
