И тут, медленно поднявшись на ноги, Вулзли добавил:
— У меня есть несколько незаконнорожденных детей, но ты к ним не относишься, а жаль. Но я знаком с твоим отцом. Мы с ним дружили много лет.
Девин ему не поверил.
— Дружили? Надо полагать, сейчас вы мне скажете, что он умер?
— «Дружили» означает — больше мы не друзья. Он рассказал мне правду и попросил приглядывать за Элейн и тобой. До этого я с твоей матерью вообще не встречался. Он попросил меня, потому что сам этим заниматься не хотел. Думал, что это возбудит в ней напрасные надежды, и скорее всего не ошибался.
Он надеялся, что она просто будет жить дальше и забудет о нем. Хочешь верь, хочешь нет, но он по-своему любил Элейн. А она не знала, что у него уже есть жена, когда начался этот роман, иначе вряд ли…
— Родила бы меня? — ледяным тоном осведомился Девин.
Лоренс печально кивнул:
— Я не собираюсь приукрашивать его, Девин. Твой отец был распутником самого низкого пошиба. Он не рассказывал женщине ни того, что уже женат, ни того, что у него есть дети, пока связь с ней ему не надоедала и он не собирался перейти к следующему сексуальному завоеванию.
Из-за его необыкновенной красоты в него влюблялись женщины по всей стране, и он пользовался этим напропалую. Но при этом не имел привычки губить жизнь юных девиц из хороших семей. Твоя мать оказалась редким исключением.
Лоренс говорил довольно искренне, да и выглядел тоже, однако Девин не мог поверить тому, что слышит. Всю свою жизнь он считал, что именно этот человек и есть его отец.
— Она утверждала, что вы — владелец нашего дома, но я узнал, что это ложь, когда унаследовал проклятый дом. С чего вдруг я поверю этим байкам?
— Потому что в глубине души ты знаешь, что это правда. Боже правый, неужели ты и в самом деле думаешь, что я мог бы игнорировать тебя, будь ты моим сыном? Всякий раз, видя тебя, я видел его, а его я к тому времени ненавидел. Видишь ли, ты очень на него похож. Конечно, ты этого не знаешь, но это так.
У тебя его глаза, его рост. Конечно, ты не копия отца, но я хорошо вижу сходство с тем юношей.
— Сейчас вы можете запросто говорить все, что угодно, потому что единственный человек, который мог бы это подтвердить, мертв. Но я-то знаю, что вы были ее любовником!
— Ах вот в чем дело! Ну да, разумеется. Ничего удивительного, что ты считаешь меня своим отцом. Ну что ж, вижу, мне придется признаться еще кое в чем.
— Вот сейчас правда особенно приветствуется.
