С вами всё в порядке, Роман Русланович напрасно беспокоился. Всего доброго! - и протягивает мне руку, я пожимаю в ответ и мы с ним выходим из кабинета.
- Ну, что? - взволнованно спрашивает врача отец.
- Не беспокойтесь, всё отлично. Ваш сын, Роман Русланович, здоров, - улыбается доктор и пожимает руку отцу.
- Ну, слава богу! Я очень рад, - нервно выдохнул он и обнял меня.
Мы направляемся к выходу.
- Максуд, может завтра пообедаем вместе?, - спрашивает меня отец.
- А то мы давно с тобой не общались.
- Конечно, я только за, - отвечаю ему.
- Спасибо тебе за всё. Прости, нужно бежать на работу, - обнимаю его и хлопаю по спине.
Мы с Аликом садимся в машину и он везёт меня на работу.
- Макс! Ничего не хочешь мне рассказать?, - интересуется Алик.
- Не обижайся, брат, пока не могу.
Я не то чтобы не доверяю ему, но пока не хочу, чтобы ещё кто-то знал мою тайну.
Он недовольно хмыкнул, но промолчал.
- Позвони своим орлам, пусть скажут где рыжуля, - прошу Алика.
Он неохотно, но всё же звонит.
- Из дома ещё не выходила и другой чел с ней остался в доме.
Только Раджаб рано утром уехал из дома, - недовольно рассказывает мне Алик.
- На хрена она тебе нужна, Макс? Зачем на ровном месте головняк устраивать? Баб что ли мало? Тебя прямо как приворожила эта стерва!, - злобно рычит Алик.
Я не слушаю его, мои мысли сейчас заняты другим. Я должен найти Раджаба и узнать, что их связывает с незнакомкой.
Глава 14. Марианна. Максуд. Встреча с сестрой!
Марианна.
Мне было приятно наблюдать за Максудом как он реагировал на мои прикосновения это вызывало положительные эмоции.
Я видела его возбуждённый орган и чувствовала учащённое дыхание, но делала вид, что я к нему равнодушна. На самом деле с каждым разом я всё больше влюблялась в него и мне доставляло огромное удовольствие дотрагиваться к его небритой щеке, кудряшкам на груди и густым, слегка вьющимися как смоль волосам. Мне хотелось прижаться к нему, почувствовать его губы на своих губах, понежиться в его крепких объятиях, но я сдерживала себя.
Мне не хотелось чтобы он плохо подумал обо мне. Когда я увидела его избитого и искалеченного, у меня сердце защемило от боли. Я не ожидала увидеть его здесь и не знала, кто посмел и за что так его изуродовать. Я ненавидела того, кто посмел поднять на него руку. А в конце лечения мне пришлось его немного усыпить, он становился чрезвычайно активным и мне не хотелось, чтобы Роман Русланович увидел нас в объятиях друг друга. Я не знала чей он сын и не хотела неприятностей.
