Вор старой формации, про которого легенды ходили в криминальном мире, весь в наколках-куполах, с понятиями, куча ходок, хитрожопый Руся — теперь гуру? Еще и баба молодая у него.
Да ну нахрен, не может быть. Наверное, это черные риэлторы захапали его хату, и какой-то баклан ряженый выдает себя за моего старого информатора.
Не проверить такое я не мог.
* * *Доехал на троллейбусе до нужного адреса с пересадкой. Времени потерял много — это не дело, конечно, надо тачку раздобыть как-то. И денег. Лучше денег — будут деньги, будет и тачка.
Так раньше было, так и сейчас. Времена меняются, а бабки — нет.
Вылез на остановке и прошел до нужного здания. Вывеска была соответствующая: «Зал силы Света».
Хм… Вошел внутрь, миновал холл и очутился в бывшем спортзале. Ни тебе турников, ни гантелей, ни тяжёлого запаха пота и резины. Белые стены, бамбуковые столики со свечами и чадильными аромалампами. Какой-то музыкальный шар, тихо звякающий сам по себе. И посетители — не спортсменки вовсе. Куча баб загнулась в интересной позе, похожей на Машкину «собаку».
Одеяния больше напоминают цветастые простыни или цыганские многослойки. Откуда-то с потолка журчит тихая музыка. Такая умиротворяющая, что сматериться стыдно."
"И среди всей пестроты разновозрастного многообразия женщин (а были здесь и совсем молодки, и дамы выдержки колекционного коньяка) хаживает фазанчиком, руки в боки, гуру. Загорелый престарелый мачо изюмной морщинистости и смуглости. Волосья длинные, как у Аленушки, крашенные в цвет молодого каштана.
В легком балахонистом одеянии, но грудь нараспашку до бессовестных сосцов обнажена, только вся завешана побрякушками жителей острова Пасхи. Я хотел спросить, где Руся, но не успел — буквально оторопел, когда услышал голос вещателя:
— Мы не сражаемся с гневом. Мы его осознаём. Пропускаем сквозь себя. Как поток.
Голос был низкий, спокойный. Узнаваемый.
— Выдох.
Все в зале — человек тридцать, в футболках с надписью «терапия Света» — синхронно вытянули руки вперёд и выдохнули.
Это был Грач собственной персоной.
Только без перстней синюшных на пальцах. Куда наколки дел, гуру? Свёл?
— Пропустите, — сказал я девушке в лосинах, и она шарахнулась в сторону с выдохом:
— Здесь мужчина!
Грач поднял глаза, увидел меня. На секунду в лице что-то дёрнулось.
Но он тут же кивнул ученикам:
— Завершаем. Поблагодарите себя за работу. Мягко — вдох, выдох…
Пауза.
— Всё, на сегодня достаточно. До среды, мои дорогие. До круга.
— До круга… — улыбались дамы и кланялись.
