И я точно не могу находиться вдали от тебя.
– Допустим. – Я сдерживаю смешок.
Он замечает это.
– Я знаю, ты не рассказываешь обо мне… Ты чуть задницу не порвала, когда взялась за меня после того, как я приехал.
Даже в темноте вижу его широкую улыбку, и у меня перехватывает дыхание: он такой милый! Когда он становится таким, бесхитростным и умиротворенным, для меня нет ничего лучше во всем мире.
– Я знала, что ты помучаешь меня за это!
Я толкаю его в голую грудь, он вскидывает руку и ловит мое запястье своими длинными пальцами.
– Ты снова пытаешься мне грубить? Вспомни, чем это закончилось в последний раз.
Он приподымает голову с матраса, и по моему телу начинает разливаться тепло, начиная от уже раскрасневшихся бедер.
– Ты можешь остаться еще на один день? – Я пропускаю мимо ушей его замечание о грубости. Мне нужно знать, будет ли у нас завтра больше времени, чтобы мы смогли посвятить оставшиеся утренние часы… ну… всяким неприличиям… Пожалуйста! – добавляю я, утыкаясь лицом в его шею.
– Хорошо, – говорит он.
Я чувствую лбом, как шевелится его скула, когда он улыбается.
– Но только если ты снова завяжешь мне глаза.
Быстрым движением он обхватывает меня за спину и переворачивает так, что я оказываюсь под ним. Секунду спустя мы растворяемся друг в друге… снова и снова…
Глава 100
ХардинКимберли сидит на кухне за столом и завтракает. Она без макияжа, волосы зачесаны назад. Кажется, я ее еще ни разу не видел без тонны штукатурки. Наверное, она стерла всю эту дрянь ради Вэнса, потому что без нее выглядит намного лучше.
– Посмотрите-ка, кто наконец проснулся, – щебечет она.
– Да-да.
Я тяжело вздыхаю и иду к кофемашине, стоящей на краю темной гранитной столешницы.
– Когда ты уезжаешь? – спрашивает она, накладывая в тарелку салат.
– Не раньше завтрашнего дня, если не возражаешь. Или ты хочешь, чтобы я уехал сейчас?
Наливаю в кружку кофе и поворачиваюсь к ней.
– Конечно, ты можешь остаться, – усмехается она. – Сколько угодно, пока ты не ведешь себя с Тессой как придурок.
– Вообще-то я не придурок.
– Я закатываю глаза.
На кухне появляется Вэнс.
– Тебе нужно держать ее на коротком поводке, возможно, даже с намордником, – замечаю я.
Жених Кимберли громко хохочет, а сама она показывает мне средний палец.
– Так элегантно, – парирую я.
– Я смотрю, у тебя чертовски хорошее настроение, – сердито усмехается Кристиан, а Кимберли зыркает на него.
Что, черт возьми, все это значит?
– Интересно почему? – добавляет он, но Кимберли толкает его локтем.
