– Но действительно ли Зед будет везти ее два часа к маме?
– Ты знаешь, где это?
– Не совсем, но я могу вернуться в квартиру и найти адрес."
"– Думаю, адрес где-то записан… Она недавно оставляла тут какие-то документы. Я посмотрю и перезвоню тебе.
– Спасибо.
Я нетерпеливо жду, развернув машину на ближайшей пустой стоянке. Глядя в окно, в темноту, я борюсь с внезапно навалившейся усталостью. Я должен сосредоточиться на Тессе, выяснить, что сейчас она в порядке.
– Расскажешь, что произошло? – спрашивает Лэндон через минуту, перезвонив мне.
– Стеф… Знаешь ее, рыжая? Она подсунула Тессе наркотики.
Лэндон охает.
– Что-что?
– Да, это дебильная история, а меня не было рядом, чтобы помочь ей, так что сейчас она с Зедом.
– Она в порядке? – Кажется, он серьезно встревожился.
– Понятия не имею.
Я вытираюсь футболкой, и Лэндон дает мне указания, как ехать к родительскому дому Тессы.
Когда я там окажусь, ее мать почернеет от злости, но, учитывая обстоятельства, сейчас это меня не волнует. И я понятия не имею, что, блин, собираюсь делать, когда приеду, но мне нужно только увидеть ее и убедиться, что с ней все в порядке.
Глава 60
Тесса– Что случилось? Скажи мне! – кричит моя мать, помогая Зеду доставать меня из джипа.
Он обхватил меня руками, я смущена, и мне от этого неловко.
– Бывшая соседка Тессы по комнате что-то подсыпала в ее стакан, и Тесса попросила меня привезти ее сюда, – рассказывает Зед, утаивая половину.
Я рада, что некоторые детали он опустил.
– Боже мой! Зачем этой девчонке так поступать?
– Не знаю, миссис Янг… Тесса объяснит вам, когда проснется.
Я проснулась! Я хочу закричать, но не могу. Очень странное чувство, когда ты слышишь все, что вокруг происходит, но не в состоянии участвовать в разговоре. Я не могу ни шевелиться, ни говорить, в голове туман, мысли путаются, но я все осознаю. Через некоторое время все меняется: иногда голос Зеда меняется на тембр Хардина, и я могу поклясться, что слышу смех Хардина, вижу его лицо, когда пытаюсь открыть глаза. Потом это пропадает.
Этот наркотик сводит меня с ума, мне хочется, чтобы все наконец закончилось.
Зед отпускает меня.
– Спасибо, что привезли ее сюда, – говорит мама. – Это просто ужасно. Когда она проснется? – напряженно спрашивает она.
Голова у меня слегка кружится.
– Не знаю. Думаю, последствия приема длятся максимум двенадцать часов. Сейчас прошло уже три.
– Как она могла быть такой дурой?
Мать смотрит на Зеда, а «дурой» эхом отдается в моей голове и замирает.
