Я не романтик и никогда не напишу тебе стихи и не спою песню, я не такой. Я не могу обещать тебе, что не причиню боли, но могу поклясться, что буду любить тебя до самой смерти. Я ужасный человек и не заслуживаю тебя, но надеюсь, что ты дашь мне шанс снова заслужить твое доверие. Прости меня за всю ту боль, которую я причинил, хотя я пойму, если ты не сможешь этого сделать».
И она это сделала. Она меня простила. Она всегда прощала мне все оскорбления, но не в этот раз. Я должен был заслужить ее доверие, но вместо этого причинял ей боль снова и снова.
Быстрыми движениями рву это жалкое несдержанное обещание. Обрывки падают, кружась в воздухе, и застывают на холодном полу в странном узоре.
Смотрите! Я все уничтожил! Я знал, как много значит для нее эта бумажка, а я превратил ее в кучу мусора.
– Нет! Нет, нет, нет!
Я встаю на корточки, отчаянно пытаясь собрать кусочки и восстановить листок, но кусочки слишком мелкие и никак не встают на место. Я снова бросаю их на пол, глядя, как они рассыпаются в разные стороны.
Наверное, это похоже на то, что она чувствовала, пытаясь вернуть меня. Я встаю и пинаю обрывки ботинком, затем быстро нагибаюсь, снова собираю их и складываю кучкой на столе. Прикрываю их книгой, чтобы не разлетелись, и вижу, что схватил «Гордость и предубеждение». Черт, ну разумеется!
Ложусь на кровать и тупо жду писка входной двери, который будет означать ее возвращение. Я буду ждать час за часом, но сигнал никогда не прозвучит.
Глава 54
ТессаЯ вру Стеф. Не хочу никому рассказывать о своих проблемах, особенно сейчас, когда у меня нет ни единого шанса повлиять на происходящее.
Именно поэтому я и позвонила именно ей: Лэндон слишком в теме, и мне больше не хочется его беспокоить. Других вариантов у меня нет, и это естественно, когда у вас один-единственный друг, да и тот сводный брат вашего парня.
Впрочем, уже бывшего парня…
Поэтому, когда Стеф начинает озабоченно распрашивать меня по телефону, быстро отвечаю:
– Нет-нет. Все в порядке. Просто… Хардин уехал… из города вместе с отцом и запер дверь, так что мне нужно где-то перекантоваться до понедельника, пока он не вернется.
– Очень похоже на Хардина, – отвечает она, и я облегченно вздыхаю оттого, что ложь прокатила. – Хорошо, приходи. Та же комната, что и раньше. Как в старые добрые времена! – шутит она, и я с усилием хмыкаю.
Отлично. Как в старые времена.
– Нам с Тристаном нужно будет позже сходить в торговый центр, а ты можешь посидеть тут, если хочешь, или пойти с нами.
