Краем глаза замечаю, как седой вынимает из кармана телефон и что-то в нем листает.
Бля! Мне нужен один звонок. Мой телефон, как и всё содержимое карманов, забрали. Даже бабок нет, чтобы, сука, купить звонок.
— Можно позвонить? — спрашиваю я его.
— Здесь, Руслан, тарифы на звонки очень дорогие, — ухмыляется седой, продолжая водить пальцами по экрану.
— Понимаю. Сколько?
— Да не траться так, вдруг откупиться получится, — качает головой.
— Да мне надо своему человеку позвонить, чтобы вообще понять, в какую сторону двигаться.
Сколько?
Я уже готов отдать всё за один чертов звонок. Пока я тут «отдыхаю», Славу там будет прессовать Коган. Не просто же так он меня засадил. Падла!
— Машина мне нужна.
— Без проблем, сделаю отличную скидку.
— Нет, ты не понял, Русланчик. Не мне машина нужна. Я отсюда по этапу пойду и надолго. А у меня дочь осталась с двумя детьми. Вот ей машина и нужна, детвору катать. А денег у матери-одиночки, знаешь ли, нет. И мужика нет. Тяжело ей одной будет.
— Окей. Будет им машина.
Подарок от меня.
Так дорого я еще звонки не покупал. Но похрен. Не в моих интересах торговаться.
— Ты пассажир залётный... — прищуривается, сомневаясь.
— Пишите дочери, пусть скидывает документы. Тот человек, которому я буду звонить, оформит.
— Ладно, поверю тебе на слово. В этих стенах только слово и ценится. Звони, — двигает по столу ко мне телефон.
И я благодарю всех богов, что существуют и не существуют за то, что у Бережнова легкий номер. Или за то, что Дан любит понты и купил себе красивый номер, где повторяются одни и те же цифры.
Гудки, гудки, гудки… Не отвечает. С психом скидываю, смотрю на время. Шесть утра. Набираю ещё. А потому что помочь мне может только Бережнов. Никаких других номеров я не помню.
— Да ты не нервничай, Руслан, звони еще, сколько надо. Ты щедро заплатил, — кивает седой, наливая себе еще крепкого чая.
Еще бы. Таких дорогих звонков никто ещё не совершал.
Звоню настойчиво, не прекращая. Еще и еще, пока мне не ответят.
— Да! — недовольно рявкает в трубку Бережнов.
— Дан, это Руслан.
— Чернов, ты на время смотрел? Какого хрена?
— Дан, меня закрыли. Я в изоляторе на Вербицкого.
— Что ты натворил?
— Ничего.
Быстро объясняю ему весь расклад. Прошу подключить связи и адвоката.
— Ох*еть! — матерится в трубку. — Ладно, — выдыхает он. — Понял. Сделаю всё, что смогу. Ты что-нибудь подписывал?
— Я похож на идиота?
— Да хрен его знает, на кого ты похож. Ладно, жди.
— Стой, Дан.
