Для Шереметова же я небрежно пояснила.
-Сейчас кот позовет сюда экономку Семенишну, она проводит вас в ваши комнаты, отдохнёте с дороги, встретимся за ужином. Мне тоже надо немного отдохнуть, день был насыщенный.
Я, конечно, лгала. Какой там отдых! Надо поговорить с нянькой, про этого жениха. Надо разузнать как-то о его планах и намерениях в отношении меня и поместья. Федьку на разведку заслать, что ли? Да и вообще, подумать.
В приоткрытую дверь скользнул кот, следом шла экономка, ворча на ходу.
-Да иду я, иду! У меня-то не четыре лапы, не могу я так быстро, как ты меня тянешь.
Ох, ты ж! Гости у нас, оказывается! А я-то проглядела, во флигеле была...
Я прервала Семенишну.
-Вот, Семенишна, наш гость князь Шереметов Сергей Николаевич, сын князя Шереметова, батюшкиного друга и душеприказчика! Будь добра, проводи его в комнаты для него, ему надо бы отдохнуть с дороги. Потом ко мне зайдешь, я у себя буду.
Я встала, выражая уважение к гостю, при этом стараясь незаметно показать Фиодору на гостя.
Кот оказался умнее меня и быстро понял мои странные ужимки. И последовал сзади за гостем. Следом и я пошла к себе, где села и пыталась честно поразмыслить, к чему бы этот визит и чем он мне угрожает. Пока особой угрозы я не видела. Но у меня ещё недостаточно информации.
Потом я немного побегала по своей гостиной, ногти, на всякий случай, грызть не стала. Наконец, пришла Семенишна. Я вцепилась в нее, чуть ли не тряся за грудки.
-Семенишна, нянюшка! Как так, что никто не знал о том, что меня обручили аж десять лет тому назад? И у батюшки в бумагах нет ничего!
Семенишна тяжело вздохнула.
-Я подозревала что-то такое, так Иван Андреевич молчал, ничего не говорил. Тогда, десять лет назад, тебе только же семь лет было, по осени, твой отец ездил в Москву и тебя с собою взял. Именья у Шереметовых где-то неподалеку от Москвы, точнее не знаю. Вот видать, тогда и просватали тебя. Отец молчал, а ты приехала оттуда больная, простыла в дороге. Неделю, а то и больше, в горячке металась, лекаря сколько раз из Курска привозили, уж и не чаяли, что ты оздоровеешь.
Но Бог милостив, жива, осталась птичка моя. Только вот очнувшись, ты и не помнила ничего о той поездке, не было ее и все в твоей памяти. Я вот и не удивилась, когда ты рассказала, что память потеряла после болезни. Такое уже было с тобой. Выходит, просватали тогда тебя за младшего Шереметова, Серёжку. Старший сын давно уж женат. А этот, видать, все, уж прости, кобелировал.
