Вот отец Василий предложил нынче поставить такую ель у храма, а на подарки деньги собрать со всех окрестных помещиков. Сумма будет небольшая, сладости многие могут изготовить и на кухнях своих имений. Нужно только купить по возможности какие-нибудь простые игрушки. Вот на организационное собрание отец Василий и приглашал меня. Сергей был занят с бумажными делами - приводил в порядок все свои записи и подсчёты. Я даже позавидовала ему - вот до чего дотошный до мелочей человек, все у него записано и расписано по графам и таблицам, не то, что у меня, вечно все на клочках каких-то, потом выискиваю в кипе бумаг на столе.
Роману надо было проехаться по дальним полям, кто-то недавно сказал, что с двух полей не вывезли солому, забыли. Вот он и поехал проверять. Заодно проводит меня почти до того села, где церковь. Ехать я решила верхом, кобылка у меня была смирная, мы с ней привыкли друг к другу, так что никаких проблем я не ожидала.
Надев короткий тулупчик и теплые брюки под длинное платье, чтобы не шокировать нашего старенького попика отца Василия, собралась на выход. Почти у самых дверей меня догнал Фиодор, пробурчал, что тоже поедет, ему нужно проконтролировать мой разговор с Романом, чтобы я опять не струсила. Вздохнув, взяла его на руки, а взгромоздившись на свою Ветку, запихнула кота в отворот тулупчика, где он и притих.
Разговор получился тяжёлым.
Порой мне казалось, что мы говорим с Романом на разных языках, до такой степени он не понимал меня. Или не хотел понимать. Клялся, что он беззаветно любит меня, что я не понимаю, что не нужна мужу, что он как раз не любит меня. И что я это обязательно пойму, только должна дать ему, Роману, шанс. Но вот что интересно, он ни разу не сказал, что, мол, расторгайте брак, любимая Елизавета Ивановна, и выходите замуж за меня.
.. Это что, получается, он видит меня в роли любовницы? Сожительницы? На смену Ганке? Эту неделю сплю с тобой, а следующую - с Ганкой?
Я старалась быть вежливой, помягче строить фразы, чтобы не обидеть его, но вот уже начинало все это подбешивать меня! Какое он имеет право говорить мне, с кем жить, кого любить! Я ни разу не дала ему повода думать, что я отношусь к нему как-то по-особому.
